А вот что здесь делает она… и вообще, что это за идиотское уведомление? У тебя ни за что не получится лишить меня родительских прав — закон всегда на стороне матери.
Глава 40
Оля
Я не знаю, зачем вернулась. Просто… стало так жаль этого маленького малыша, прикованного к кровати. Я все время представляла на его месте Тимофея и едва сдерживала слезы. Дети не должны страдать. Дети не должны чувствовать себя ненужными.
Я хотела поделиться с маленьким Степаном лаской. Подарить ему чуточку любви, чтобы ему хотелось вернуться к жизни, к отцу, который его ждал.
Макар многого не показывал, но я видела, с какой тоской и ожиданием он смотрит на Степана. Как ждет, когда тот откроет глаза и произнесет едва слышно “Папа”."
"Я не жалела о своем решении вплоть до прихода Жанны. Вот уж кого, а ее видеть хотелось в последнюю очередь. Скандальная, истеричная, с высоким голосом… ее невозможно было слушать. А еще как только она вошла и открыла рот, мне тут же захотелось ей его закрыть.
На кровати лежал ее ребенок. В коме. Доктор сказал, ему нужны были положительные эмоции, а здесь она… с истерикой и претензиями.
Я даже глаза прикрываю, надеясь, что она исчезнет, но Жанна по-прежнему стоит на своем месте. На меня смотрит с ненавистью, словно это я у нее мужчину увела шесть лет назад. А ведь все не так было и при этом у меня к ней ненависти нет.
Теперь я знаю, как было. Макара оправдывать не стану. Статус “виновен” к нему априори прикреплен, но я хотя бы знаю, что переспали они не на трезвую голову.
Вон, он до сих пор утверждает, что ничего не помнит. Глупо, конечно, этому верить, но я почему-то верю.
— Она здесь поддерживает Степана. Твоего, как ты выразилась, сына. Он здесь не один день уже и не два, а ты только сейчас приехала? Не стыдно?
Я хочу сказать Макару, что продолжать стычку здесь не стоит, но он понимает это сам. Хватает Жанну за руку и, не обращая внимания на ее возмущения и крики, выталкивает ее в коридор.
Я иду следом.
Оставаться, чтобы выслушивать их ссору не собираюсь. Выйду и тихонько уйду, но Жанна перекрывает мне путь, едва я собираюсь это сделать.
— А куда это мы? Как спать с моим мужчиной, так это мы быстро, а как запахло жареным, так сбегаем? Нет уж, дорогуша, постой, посмотри на разборки, раз уж полезла в нашу семью.
— Нет никакой семьи, — спокойно говорит Макар и притягивает меня к себе, словно защищая.
