Волков поставил передо мной чашку с капучино, который покрывал слой густой пены. Кофе еще дымился.
— Я так понимаю, что будильник не сработал у меня не просто так?
— Я его выключил— совершенно спокойно сказал Волков.
— Какое ты имел право это делать?
— Я отец твоего ребенка, а Катюшке ты точно нужна здоровая и бодрая.
Вздохнула — Волков неисправим. С другой стороны — пока я спала, он все сделал. Последние события заставили меня немного изменить взгляд на Павла.
— Только поэтому?
— Думаю, Полине Сергеевне тоже не понравится, что ты так себя изматываешь.
Красиво ушел от ответа.
***
Мама прошлась по квартире Павла, внимательно осмотрела детскую, потом мою спальню с большим гардеробом.
— Оля, надеюсь, ты понимаешь, что он явно рассчитывает не на девяносто дней?
Кивнула — это я поняла сразу.
— Есть вещи, которые можно простить, но решать тебе. Просто подумай.
После приезда матери мы стали все вечера проводить дома, чаще всего в гостиной. Павел с Катюшкой устраивались на ковре, играли, собирали конструктор или пазлы.
Волков интересовался как развивалась дочь, и очень жалел что многие интересные и даже смешные моменты упустил. Я видела по его глазам эту грусть и в глубине души понимала, что Павел искренне полюбил дочь. В один из вечеров, когда мы рассматривали ее фотографии, она спросила:
— А где ты был, папа?
— Я был в отъезде, но теперь вернулся."
"Я задумалась о том, что могло быть, если бы я сообщила, ему о рождении дочери. Волков оборвал все контакты, но при желании я могла найти его новый номер, только вот желания не было — посчитала, что он не имеет никакого права знать о собственном ребенке, да попросту побоялась об этом говорить.
Правильно ли? Сейчас я в этом уже сомневалась. Из него действительно получился хороший отец. Он охотно занимался с дочерью, купал ее, устраивая целые пиратские приключения в море пены. Иногда сам укладывал спать и пел колыбельную, а я и не знала, что он умеет петь. Самое обидное, уложить дочь у него получалось быстрее, он шутил, что поет ужасно, поэтому Катя так быстро и засыпает.
Мама наблюдала за всем этим с полуулыбкой.
Однажды, только мама уснула, раздался звонок в дверь. Волков отправился открывать и вернулся с двумя большими стаканами кофе и бумажным пакетом.
— Кофе будешь?
— Ты забыл, что мы с тобой в группе поддержки?
— Вот поэтому нам можно. Шоколадную пасту будешь? Раньше ты ее любила. Нет — мне больше достанется, — сказал Волков, доставая банку из пакета.
