Наконец, он коснулся меня губкой. Но вовсе не там, где я ожидала. Он аккуратно провел спонжем по внутренней стороне бедра, так, что мурашки побежали гораздо сильнее.
— Эй!
— Оль, ну мы же не договаривались, где конкретно я буду рисовать. Нужно было это оговаривать заранее.
Черт. Вот же сглупила.
— Надеюсь, ты понимаешь, что под купальником рисовать нельзя?! — сердито заявила.
— Не волнуйся, мне хватит места.
В голосе Волкова читалось, что он явно знает, что делает. В этот раз он провел кистью от мочки уха до шеи, заставив меня зажмуриться.
Щекотно, но приятно, а ведь это самое начало. Признаться, месть он приготовил гораздо более изящную, чем я.
Павел был моим первым мужчиной и хорошо знал, где и как меня трогать, чтобы соблазнить. И то, что сейчас он касался меня не пальцами и губами, а кистями и губкой, не сильно снижало результат.
Похоже, это будет пытка. Причем самая приятная из всех.
Новое касание, и я вновь прикрыла глаза и крепко сжала зубы, чтобы никак не показать свои эмоции. Эх, а ведь он же с меня потом эту краску смывать будет.
Боже, на что я подписалась?!
А Павел постепенно наносил на меня краску. Даже не могла представить, что он там делает. Мысли витали совсем в другом направлении. Только бы удержаться. Я вся дрожала. Я сильная, я справлюсь с этим искушением…
— Не подглядывай!
Каждое неторопливое движение — пытка. Павел явно растягивал удовольствие, покрывая мое тело краской сантиметр за сантиметром.
Так хочется поддаться и привычно отзываться на ласку. Приходилось постараться, чтобы не подать виду.
Краем глаза видела, как на пол душевой упало несколько капель краски. Синей и желтой.
Волков медленно проводил губкой по спине, его рука спускалась все ниже. Он ненавязчиво, будто случайно, касался пальцами кожи. Я ощущаю его горячее дыхание возле своей шеи. Кажется, еще секунда — и он коснется моего плеча губами. Но проходит секунда, и я понимаю, что это только кажется. Ведь я сама просила его обойтись без приставаний. Но это не мешает мучить меня предвкушением.
— Расслабься, милая.
— С тобой расслабишься, милый, — поддела его.
Павел на это лишь ласково провел губкой по плечу.
— А теперь повернись ко мне.
Чувствовала, что все до этого было лишь прелюдией к настоящей игре. Потому что впереди очень много интересных «мест для творчества». Да и Волков теперь сможет видеть мою реакцию.
— Мама, ты где? Я хочу компотик, — раздался звонкий голос дочери.
Павел от удивления уронил губку. Катюшка проснулась и пошла меня искать.
