У меня паранойя, или на самом деле это была не ошибка, а хитро продуманный план подкатить к своему шефу?! Если да, я бы настоятельно советовала Виктории менять тактику — Павел не любит, когда бегают за ним, предпочитает делать это сам. Или она просто идеальная помощница? Так, Оля, личная жизнь Павла — не твое дело, даже после того, что было.
— Будут еще на сегодня поручения? — поинтересовалась девушка.
— Думаю, одно, максимум два. Все в телефонном режиме.
Почему-то кажется, что последняя фраза произнесена для того, чтобы я ничего не узнала.
Виктория развернулась на каблуках и покинула квартиру. А мы вернулись в кухню. Павел открыл контейнер — блинчики еще дымились. Прямо с пылу с жару. Виктория живет где-то рядом?
— Так, Оль, ты можешь пояснить, что случилось? Что сделал Антон?
На секунду замерла. Отвечать или не отвечать? Павел настырный, и просто так не отстанет.
— Оль, он тебя обидел?
— Какое тебе дело? Это к тебе никак не относится.
— Возможно, я хочу врезать ему исключительно из родственных соображений, — ответил бывший.
Глубоко вздохнула — похоже, донести до Волкова ценную мысль, что я не обязана ему отвечать, будет тяжело. Не горела желанием сообщать, что вновь свободна. Боялась, после этих слов его сложно будет остановить. Хотя Павел не дурак, сам об этом догадается. Быть может, меня останавливает то, что Волков может сделать с Антоном? Дракой здесь точно не обойдется. Вот только бывшего жениха мне сейчас совсем не жаль. Как четыре года назад ему не было жаль меня, когда он взялся за заказ.
Он ведь должен был понимать, к чему это приведет. Антон мог мне рассказать позднее, но не стал. Вместо этого он предпочитал рассказывать мне, что Павел явно неадекватный ревнивец, и мне повезло, что я вовремя от него ушла. Интересно, можно ли после этого любить? Можно ли хотя бы сочувствовать после такого человеку, который был с тобой год? Лично я не могу.
— Антон подделал фотографии четыре года назад, это был заказ, — мой голос звучал ровно, во мне нет вчерашней бури эмоций.
Мой бывший жених для меня теперь навсегда в прошлом.
А вот Павел точно подобного не ожидал, у него даже челюсть слегка отвисла от изумления. На пару мгновений он утратил дар речи. Наверное, тоже не ожидал, что мир настолько тесен. Я вчера тоже удивлялась.
Секунды текли мучительно медленно, пока я ждала, что Волков хоть что-то скажет. Надеюсь, это не будет фраза «мне жаль». Не хотелось бы ее сейчас услышать. Банально, фальшиво, и то, что я не люблю больше всего.
