Дыхание на моем виске становится оглушающе тяжелым, и я испытываю триумф от того, что способна так на него действовать: заставлять колебаться и менять решения. Вряд ли многие люди в жизни бизнесмена Молотова могут таким похвастаться. И мне очень нравится собственная легкомысленность — я ею с детства не грешу, но рядом с сильным и выдержанным Сергеем так хочется побыть ветреной."
"— Мозги мне рвешь, Юль, — Сергей прижимается ко мне лбом и в этот момент это происходит: он впервые входит в меня без защиты. Кажется, для него самого это явилось неожиданностью, потому что мой «оххх» сплетается с его глухим полухрипом-полустоном.
К счастью, попытки отстраниться он не предпринимает и продолжает двигаться во мне: выходит до максимума и погружается до основания, заставляя изнемогать от непривычности такого темпа. Тело пробирает мощная волна горячего озноба, а возбуждение достигает пиковой точки: сейчас все ощущается по-другому. Движения члена внутри меня — ярче и острее, каждый толчок отзывается томительный судорогой внизу живота.
От того какой он тугой и горячий, покоряет меня изнутри, вознося на вершину ментального и физического экстаза. Мне нравится думать, что сейчас Сергей чувствует то же самое: мы вышли на новый уровень интимности.
Мои грудь и спина покрываются потом, сознание рассеивается, а Сергей перестает быть деликатным: его ладони с силой сжимают ягодицы, насаживая мое тело на себя; рот настойчив настолько, что я почти задыхаюсь, а шлепки сталкивающейся кожи оглушительны.
Пока судорожно вбираю в себя кислород, пытаясь оправиться от обрушившегося оргазма, Сергей резко выходит из меня, давая сигнал к тому, что пора выполнять свое обещание. Соскальзываю с подоконника и, встав на колени, обхватываю губами его член. Пусть это воспоминание он увезет с собой в Лондон.
В аэропорт мы едем на такси, обнимаясь на заднем диване, словно пара влюбленных школьников. Правду говорят: у любви нет ни возраста, ни статуса. Потребность проявлять свои чувства остается всегда, и я рада, что потребность Сергея идеально созвучна моей: его рука обнимает мое плечо, губы то ли дело касаются волос, и он даже пару раз просит звонящих связаться с ним чуть позже, потому что сейчас очень занят.
Мной.
— Думаю, за твой комфорт в перелете первым классом мне переживать не стоит? — с улыбкой смотрю на него, когда мы останавливаемся возле дверей в зону досмотра. — Вряд ли тебе подсунут несъедобную сосиску к макаронами, и ты сляжешь с несварением.
