Я подталкиваю Свету к выходу, а когда мы исчезаем из поля зрения родителей, и вовсе хватаю за локоть, ускоряя шаг. Потому что уходить она явно не спешит.
— Ты можешь наконец-то прекратить кружить вокруг моей семьи? — с раздражением спрашиваю я.
— Мы живем на одной лестничной площадке, и с твоими родителями у меня прекрасные отношения, я не могу постоянно прятаться от них и искать глупые отговорки, чтобы не приходить в гости, — шипит она разъяренной кошкой.
— Так переедь.
— Не у всех так хорошо с деньгами, как у тебя, Максим, — и звучит это так, словно я захватил целый банк и пирую в то время, когда остальные перебиваются кашей на воде и картошкой.
— Так найди себе того, у кого все так же хорошо. Ты сможешь, я верю в тебя, — передразниваю ее и вздрагиваю, когда чувствую, как ее ладонь ложится мне на грудь.
— Слушай, — уже спокойней продолжает она, с ее лица слетает злость и раздражение, сменяясь тоской, — мне действительно очень жаль, что все так получилось. Я была глупой, наивной. Ты был моим первым и единственным мужчиной, и мне показалось, что… — Она отводит взгляд в сторону, прикусывает губу, подбирает слова.
— Я совершила ошибку, Максим, ужасную. И мне бы очень хотелось вернуться обратно и все исправить. Мне плохо без тебя.
Ее рука движется вверх, поглаживает шею, щеку, Света прижимается ко мне, и я сглатываю подступивший к горлу ком, проклиная себя за то, что все ещё реагирую на ее запах и тело. Света как любимая игрушка детства: не тот возраст, чтобы играть, но и выбросить рука не поднимается, всё-таки столько воспоминаний с ней связано.
Я не могу оторвать взгляд от ее лица. Она превратилась в красивую женщину, несравнимую даже с той двадцатилетней девочкой, от которой я потерял голову, и очень странно, что она до сих пор одна.
— Не надо, — произношу хрипло, обхватываю пальцами ее тонкую кисть и отвожу руку в сторону. Мы стоим друг напротив друга, оба дышим тяжело, в глазах Светы виднеется влага, и я спешу избавиться от девушки, пока ей не удалось своими женскими штучками хоть и на короткое время, но выбить меня из колеи.
— Надеюсь, это наша последняя встреча. Желаю счастья. — Открываю дверь и жестом руки указываю на выход.
Света резко выдыхает, морщит свой аккуратный носик и проносится мимо, оставляя после себя неизменный аромат от «Шанель», который въедается в нос, пробуждая спрятанные подальше воспоминания о прежней счастливой жизни.
Глава 11
Макс"
"Из-за Светы наш семейный ужин получается слегка натянутым.
