Отец подруги. Навсегда твоя

— Я, конечно, все понимаю, — с усмешкой в голосе говорит Давид, — но вы бы домой ехали, что ли… люди тут любопытные ходят, достанут телефон и все.

Пока он все это говорит, я прячу лицо на плече у Дамира. Почему-то становится стыдно, а ведь мне еще вместе с Давидом работать.

— Поедем сейчас, не переживай, — глухо говорит Дамир и прижимает меня к себе сильнее, словно выражая молчаливое “я с тобой, все хорошо”.

Щекой чувствую, как колотится его сердце. Наверное, в унисон моему разбушевавшемуся пульсу.

— Поехали? — хрипло спрашивает Дамир.

Киваю, хотя вряд ли он это видит. Отстраняюсь от Дамира, разворачиваюсь спиной и спешу скрыться в салоне автомобиля.

Щеки горят, дыхание сбивается, сердце колотится в груди, как ненормальное.

Дамир садится рядом, заводит двигатель и срывается с места. Мы молчим. Ни о чем не разговариваем, просто едем домой, правда, в какой-то момент я вдруг понимаю, что едем мы не домой, а к дому, в котором Дамир купил мне квартиру. Я растерянно смотрю на знакомую высотку и почему-то впервые за последние полчаса испытываю разочарование.

Он собирается показать мне, как здесь круто? Или будет уговаривать остаться?

Я до последнего ничего не понимаю. Только молча иду, ведомая им.

В мыслях роится множество предположений, но ни одно из них не оказывается правдой. Стоит нам лишь оказаться в квартире, как Дамир защелкивает двери, снимает с себя верхнюю одежду, помогает раздеться мне, а потом… потом мы словно сходим с ума.

Обхватив мою голову рукой, он толкает меня к стене, вдавливает в нее и целует.

— Я же правильно все понял, Тась? — спрашивает в перерыве. — Когда ты просила тебя поцеловать.

— Я… ты… наверное, да.

Моя одежда летит в сторону, его — тоже. Мы с трудом добираемся до единственной обставленной здесь кухни. Дамир усаживает меня на стол, нависает сверху. Смотрит таким диким изголодавшимся взглядом, что у меня дрожь прокатывается по всему телу.

Между нами давно ничего не было, я восстанавливалась после больницы, ходила на капельницы и вообще не была уверена, что нужна ему.

— Я скучал. Блядь, Тася… я так сильно по тебе скучал."

"Он раздвигает мои ноги, устраивается между ними. Обхватив пальцами подбородок, тянет мою голову вверх, вынуждая посмотреть на себя.

— Тася… — хриплый выдох, на грани чего-то непонятного.