О блондинке я решила ничего ей не говорить. Неизвестно, как Ленка отреагирует. Может быть, ей и так обо всем известно, а может, она, напротив, расстроится. Вдруг до сих пор рассчитывает, что Борис Александрович сойдется с ее матерью.
Скинув с себя тесное платье и смыв макияж, я залезаю в кровать, но сон ко мне не идет. Жизнь, которая мне так нравилась, словно за пару секунд померкла, и я понятия не имею, что с этим делать. Боль, внезапно возникшая в груди, мне не знакома.
Пытаюсь читать электронную книгу, но, смирившись с тем, что никак не могу сосредоточиться, в бессилии откладываю телефон и встаю, чтобы выпить воды.
Мама так советовала делать, если не получается уснуть.
Не включая свет, я наливаю себе воды из фильтра и усаживаюсь со стаканом за барную стойку. Ленка, наверное, уже десятый сон видит. Счастливая. У нее-то в голове не завелись тараканы размером с пятиэтажку.
Хлопок входной двери и звук шагов заставляет сердце учащенно запульсировать. Спрыгнув со стула, я вглядываюсь в темноту и на автомате ощупываю края пижамной футболки.
Достаточно длинной для сна, но недостаточно для того, чтобы показываться в ней перед кем бы то ни было.
Щелкает выключатель, и кухню заливает ярким светом.
— Почему не спишь? — голос Ленкиного отца звучит немного удивленно.
Проморгавшись, я вижу его самого. В том же костюме, что и несколько часов назад. Да, я не ошиблась. Это точно был он.
— Вышла попить воды… — сиплю я еле слышно, оттягивая футболку в попытке прикрыть бедра.
— Не знала, что вы приедете.
Его взгляд мельком касается моих коленей и босых ступней, после чего снова возвращается к моему лицу. Ничего не ответив, отец Лены подходит к холодильнику и достает оттуда бутылку минералки.
— Спокойной ночи, — бормочу я, резко срываясь к выходу. Щеки горят, а конечности напротив ледяные.
— Спокойной ночи, Сона, — долетает до меня в дверях. Наверное, именно мое имя, произнесенное им, заставляет меня остановиться.
— Я вас видела, — выпаливаю я, глядя в его широкую спину.
— Сегодня возле клуба.
Борис Александрович медленно оборачивается и меряет меня ничего не выражающим взглядом.
— Почему не поздоровалась?
Во рту так сухо, будто я и не выпила целый стакан воды. Я не знаю, какие чувства испытываю этому мужчине, но то, что он действует на меня совсем не как остальные, готова признать. А еще мне больно видеть его с другой женщиной. Что со мной не так?
— Вы были не один. Поэтому.
