Отец подруги. Тайная связь (СИ)

Или даже машину отца во дворе. Но об этом сейчас не думает никто из нас. У обоих голова забита другим. Крышу сносит к чертям.

Из лифта так и вываливаемся, пожирая друг друга. Ключами в замочную скважину попадаю только с пятого раза. Пальцы дрожат, ноги тоже. Нижнее бельё влажное. Но стоит только заглянуть в глаза Медведя… В эти горящие глаза, как из головы вылетают все мысли о том, что прилично, а что нет. Становится всё равно.

— Ой, — тихонько вылетает из меня, когда в прихожей что-то с громким гулом валится на пол.

"Михаил усаживает меня на тумбу в прихожей. Наш поцелуй становится глубже и откровенней. Я смело отвечаю. Сплетаю языки. Михаил подхватывает пальцами кофточку, тянет её вверх. Я послушно поднимаю руки. Вся дрожу от дикого возбуждения. Кожу как будто покалывает от тысячи мелких иголочек. Расстёгивает бюстгальтер и откидывает в сторону. Впиваюсь зубами в нижнюю губу, когда Медведь наклоняется и начинает целовать мою грудь. Ловит губами сосок, слегка сдавливает, проводит языком, я выгибаюсь дугой, потому что это невероятно приятно.

— Медведь… — Хриплю, когда он втягивает сосок, ласкает. Закатываю глаза и стону.

Михаил подцепляет пальцами пояс моих брюк, тянет на себя. Я встаю с тумбы. Дрожащими пальцами помогаю ему расстегнуть пуговку.

— Неуверен, что сдержусь, — хрипит мне в губы, — нежного траха не получится.

— Тогда трахни так, как тебе нравится. — Не знаю, откуда во мне взялась эта смелая Соня, но я сейчас хочу всё так, как нравится ему.

Медведь несколько секунд сканирует взглядом моё лицо, а после дёргает мои брюки вниз вместе с нижним бельём.

— Обопрись об тумбу, — хрипит, развернув меня к себе спиной.

Я упираюсь ладошками, прогибаюсь в спине. Слышу шелест фольги, после его возбуждённый член упирается в лоно, скользит по влажным складкам, задевает клитор, а после резко входит, выбивая из меня громкий стон. Внутри всё стягивает приятным спазмом. Ноги начинают дрожать ещё сильнее.

Михаил начинает входить глубже, выбивает из меня стоны.

* * *Дрожащими пальцами размешиваю сахар в чашке. Украдкой поглядываю на Медведя, который сидит на моей кухне. На нём только брюки, и на них ремень расстёгнут. Скольжу взглядом по обнажённой спине Михаила. На ней свежие царапины от моих ногтей. Не знаю нормально ли это, но внизу живота снова всё стягивает приятной судорогой от вида моих отметин на его коже.