К сожалению, невозможно не расставаться ни на секунду, это утопия. У нас много личных дел. У Кая полно работы, у меня универ. Необходимость поехать туда вызывает у меня ступор. Не представляю, что может меня там ждать. Никогда никому не признаюсь, но я ужасно трушу. От Наили можно ожидать чего угодно. Что шлюхой ославит, или физическое насилие применит. Воображение у меня работает на полную. Сердце уходит в пятки, когда выхожу из такси возле знакомой остановки. Кай настойчиво предлагал подвезти, но я специально отказалась.
Я должна справиться с этим сама. Стать сильной, достойной своего мужчины, взрослой женщиной.
Тем более, я не одна. Рядом Настя. Подруга меня потеряла, я позвонила ей только спустя сутки из нашей с Каем квартиры. Выслушала тонну возмущений. Пришлось рассказать все как есть, потом несколько дней я провела с Каем и только сегодня выбралась. Теперь Настя забрасывает меня вопросами, кажется подружка в полном шоке от моих новостей.
– Я была уверена, что вы расстанетесь, – качает головой.
– Это все слишком сложно. Необычно. Но я не осуждаю, только не подумай! Если ты счастлива, то это самое главное!
– Спасибо за поддержку. Я безумно люблю его, Насть. Это невозможно объяснить словами. Что бы ни сделала Наиля, мне плевать. Я буду с ним, во что бы то ни стало.
– Значит, уедешь в Токио?
– Да, – киваю.
– Буду ужасно скучать!
Обнимаемся. На душе теплее, что подружка понимает меня и поддерживает.
В универе Наили нет, и это большое облегчение. Иду в деканат, пишу заявление на заочный курс.
Мне дают список документов, которые необходимо подготовить. Вроде все проходит гладко. Все равно мерещатся косые взгляды, но я стараюсь не обращать внимание.
Мы договорились, что Настя займет мою квартиру – она устала жить с родителями в тесной однушке. Так что можно не торопиться собирать вещи. Но настроение у меня чемоданное. Кай сказал, что до вылета две недели. Билеты до Токио уже куплены.
В оставшееся время хочу сделать нашу с ним квартиру уютной, хоть немного.
Кай буквально силой всунул мне в руки платиновую карту банка, настаивая, чтобы занялась нашим домом.
И теперь руки чешутся приступить!
Правда, работу тоже никто не отменял. Когда вхожу в офис, щеки пылают. Не могу не вспоминать о том, что произошло не так давно в кабинете босса!
– Ты сегодня невыносимо рассеянная, – ворчит Горская. – Соберись, или иди домой. Щеки как наливные яблоки. Ты не простудилась часом? Сходи в медкабинет, измерь температуру.
