Отец поневоле (СИ)

— 32 Полина -

Информация про Володю повергает в шок. Я ведь действительно думала, что у него ко мне есть интерес. Да и Миша… Пока едем домой, я тщательно прокручиваю в голове каждый наш разговор, каждую встречу, начиная с больницы. Мне страшно ошибиться и поставить под удар свою семью. Страшно потерять то, что только что обрела.

Сегодня Емельянов, когда мы прощались, выглядел крайне злым и недовольным.

В чем была причина этого? В том, что его связь с Осмоловым раскрыли? Или он и правда всего лишь использовал меня, и теперь злился, что не сможет?

— Поль, мне к отцу надо зайти, — говорит Назар, едва мы выходим из машины.

 — Подождешь немного? Вместе пообедаем.

— Да, конечно, — рассеянно киваю. Судя по времени, Платон должен как раз спать.

Я только успеваю зайти в спальню, чтобы переодеться, как раздается стук в дверь. Открыв ту, удивленно смотрю на Мирона.

— Привет, — небрежно здоровается тот.

— Привет, — отвечаю, а сама уже напрягаюсь, не зная чего ждать.

— Зайду? Разговор есть.

Киваю и отхожу в сторону.

Брат Назара закрывает за собой дверь и перестает улыбаться.

— Для начала хочу извиниться. За слова про Ольгу. Шутка вышла так себе. Не было у них ничего.

— Хорошо, я тебя услышала и приняла извинения.

— Отлично! Но это еще не все… — Мирон смотрит пытливо и многозначительно.

— У тебя еще какие-то претензии ко мне? — не выдерживаю его давления.

— Скорее просьба. Не делай ему больно.

— Я и не собираюсь!

Брат Назара усмехается кривовато.

— Ты не помнишь многое, понимаю.

Но я-то да. И я видел, что с ним сделал ваш развод. И не хочу снова вытаскивать брата из того же дерьма. Так что если у тебя есть планы на другого мужика, не давай ложных надежд.

Меня коробят его слова. По идее понятно, брат переживает за брата. Но мне становится неприятно, что Мирон может так думать про меня. А еще до меня доходит, что намек про другого мужика, возможно, взят не с потолка.

— Не понимаю, о каких планах речь, — произношу, чуть успокоившись.

Мирон снисходительно смотрит.

— Не играй со мной, Полин. Не вывезешь.

— Это угроза?

— Что ты, просто совет. Да, у вас сын. Но это не значит, что ты сможешь безнаказанно крутить жизнью Назара, поняла?

— Значит, все-таки угрожаешь, — говорю, а у самой сердце колотится в бешеном ритме.

— Предупреждаю. Однажды ты уже ушла от него. Хотя клялась в любви.

— Я не собираюсь перед тобой оправдываться. Наши с Назаром отношения тебя не касаются!

— Ошибаешься, Полинка, — зло цедит Мирон.