Отец поневоле (СИ)

— Прости, но я, кажется, вряд ли расстроена этим… — тихо шепчу, действительно не испытывая чувство вины.

Назар неожиданно переворачивается, нависая надо мной. Его пристальный взгляд скользит по моему лицу.

— Ты ведь понимаешь, что я не шутил, когда сказал, что не отпущу? Даже если ты вспомнишь все и вдруг передумаешь.

— А если там окажется что-то такое, что ты не сможешь принять?

Он наклоняется ко мне все ближе, проводит носом вдоль виска и жадно вдыхает.

— Поверь, самое страшное я уже пережил.

Его уверенный голос позволяет напряжению уйти. Смотрю и не верю тому, как мне повезло.

— Как мы познакомились? — Назар вопросительно приподнимает бровь. Мол, серьезно? — Пожалуйста, расскажи.

— Не хочешь подождать, пока память вернется?"

"Мотаю головой, отводя взгляд. Мне страшно озвучивать то, что уже который день беспокоит.

— Поля? Что такое?

— Нет, все хорошо. Просто интересно узнать, как это было для тебя, — бормочу какую-то ерунду.

Назар все же вынуждает посмотреть на него.

— Боишься? — киваю едва заметно.

— Очень. Боюсь, что не вспомню, что все так и останется за белой стеной. Все наши годы. Первые дни Платона. Я ведь даже не знаю, как прошли роды…

Муж ложится рядом, прижимает к себе и щедро делится своим теплом.

— Ты принесла документы на подпись.

— Что? — непонимающе переспрашиваю.

— Так мы познакомились, — поясняет он. — Ты принесла документы. Помогла подруге, подменив ее в тот день.

— Серьезно? А дальше?

— А дальше выяснилось, что документы оказались не те. Ну, и пришлось срочно искать, кто же облажался и доставил не то, что нужно.

— То есть я оказалась нерадивым сотрудником? — озадаченно спрашиваю, пытаясь представить, как все происходило на самом деле.

— Ты оказалась девушкой, которая лишила меня покоя, — усмехается Назар. — И я был только рад, когда у меня оказался повод найти тебя и…

— И?

— Познакомиться. Вот только в компании дали телефон твоей подруги.

— А она?

— Ну, пришлось немного пригрозить ей, чтобы она сдала тебя.

— То есть подруга меня не прикрыла?

— Она пыталась, но не очень убедительно.

— А мы с ней общались? Ну, потом.

— Насколько я знаю, не особенно. Может, дело в том, что Лиза пыталась залезть ко мне в штаны, — задумчиво протягивает Адамиди.

— Чего?!

— А что? Я вообще-то был видным холостяком. Не обремененным никакими обязательствами.