Отец жениха. Ты моя

– Спасибо, Рус, – сказала жениху, когда его отец отошел поговорить по телефону.

– А мне-то за что? – хмыкнул он. – Папу благодари.

– Так значит это не ты договорился? – озадачилась я.

– Нет, он сам предложил. Видишь, отец совсем не против наших отношений. Так что забудь о том неприятном инциденте, ладно?

Легко ему говорить – забудь! А у меня такое впечатление, будто нас с Маратом Османовичем объединяет общая тайна. Бред, конечно, всё это. Никакой тайны у нас нет. Был только дурацкий гинекологический осмотр.

Психологически мне было сложно, но боли-то он мне не причинил. Господи, да хватит уже об этом думать!

– Спасибо, ребят, что пришли, – вернувшись к столу, сказал Рахманов-старший. – Но мне пора. Ася, ты в одном платье приехала?

– Да, – ответила растерянно."

"– Вот, возьми мой пиджак, на улице холодно, – накинул мне на плечи свою вещь, которая пахла тонким мужским ароматом. Есть запахи тяжелые, а у него такой ненавязчивый, древесный.

– Спасибо вам, конечно, но я… мы же все равно на машине.

– Пап, я сам позабочусь о своей девушке, – сказал Рус. – Согрею ее в своих теплых объятиях.

– Не сомневаюсь, – ответил Рахманов-отец и, кивнув нам напоследок, пошел к выходу.

Мой жених был в тонкой рубашке, поэтому всё, что он мог мне предложить – это объятия, которые в ресторане были неуместны.

Я действительно мерзла, но старалась делать вид, что все хорошо. Но Марат Османович все равно как-то заметил и поделился пиджаком. А Руслану это не понравилось!

Мы еще немного посидели в заведении и отправились домой.

– Так что там со знакомством с твоей мамой? – спросил Рус. – Может, пригласим ее на ужин к нам домой, как считаешь?

Я представила маму в роскошной столовой Рахмановых – строгую, с пучком на голове и скучном коричневом кардигане, который она носила круглый год, иногда даже летом, и покачала головой:

– Не сейчас.

– Я не понимаю, почему твоя мама против того, чтобы у тебя был обеспеченный муж?

– Понимаешь, она очень верующая, – начала я осторожно.

– Хорошо, Тюльпан, я тебя понял. Не буду настаивать.

– Ты лучший.

Руслан придвинулся ко мне ближе и поцеловал в губы. Его рука скользнула мне под платье, и я накрыла ее своей ладонью.

– Опять не пускаешь? – чуть не взревел он. – Ась, мы поженимся скоро. Разреши хотя бы чуть-чуть тебя потрогать.

– Скоро потрогаешь, обещаю. Просто не на парковке ресторана.

– Стекла затонированы. Я тебя хочу безумно, – он положил мою ладонь на свой твердый пах.