– Дед старый, пока будет стекло бить, пока с улицы в окно карабкаться – я ему отсюда башку снесу! Не решится он в окно лезть, и нас ещё заметить надо, жалюзи-то закрыты. Если будем вести себя тихо, то ему нас нужно будет сперва найти!
– Может, лучше свет выключить? – предположила Оля. – Пусть думает, что ресторан пустой и его заперли на ночь! Так он нас не найдет.
– Так он нас найдет ещё быстрее, – отверг её предложение Габазов. – Во всех служебных помещениях отеля свет горит, а в ресторане вдруг выключился.
Что тут думать? Всё ясно, там кто-то прячется. Раньше освещение централизованно гасил управляющий, только теперь он не котируется, так что пусть свет горит постоянно. Спать все равно будем в кладовой, там окон нет. Запремся и свет выключим.
– В кладовой холодно! – скривилась Наташа. – Я могу простыть и застудиться!
– Зато безопасно, – отрезал Габазов. – В горнолыжках не замерзнешь! Вон, скатертью укроешься, если что! Или иди спать в раздевалку, заодно за забаррикадированными дверями последишь.
Если начнешь орать, мы сразу поймем, что кто-то к тебе вломился!
– Остроумно, просто офигеть! – Наташа поморщилась и потянулась к одной из банок с икрой. – Странные какие-то банки у них… по пол-литра, что ли? И производитель на этикетке не указан, – она принялась открывать стеклянную емкость.
– В Приморье где-нибудь делают, – авторитетно произнес Базоян, разливая по бокалам вино. – Отсюда недалеко, поэтому всё свежее. Устрицы на ужине были реально зачетные.
А банки, по ходу, емкостью в один фунт, думаю, экспортный вариант. – Он отставил бутылку с вином и взялся за свою банку. – Сейчас попробуем, что у них за икра!
С полминуты все молча ели, запивая икру вином, потом Эдик похвалил изготовителей, заявив, что качество продукта реально на уровне, и Марина поняла, что не чувствует вкуса ни икры, ни вина, лишь голод и желание как можно скорее оказаться дома, подальше от этого кошмарного места. Преследовавшие её галлюцинации прекратились, но всё внутри сжималось от страха при каждом неожиданном шорохе, и даже тихий звон ложек о стекло заставлял её вздрагивать.
Что-то глухо хрустнуло, и жующая Оля издала болезненный звук, хватаясь за щеку.
– Блин! – она мучительно поморщилась, доставая изо рта какой-то небольшой предмет. – Что за ерунда?! – В её пальцах оказалась зажата небольшая бриллиантовая серьга. – Это было в икре!
– Нормально! – оценил Гарик, вглядываясь в серьгу.
