Останавливаться нельзя, это верная смерть, необходимо во что бы то ни стало выйти из долины Оюнсу, а там будь что будет, но так у них хотя бы появится шанс. И женщины, пытаясь укрывать собой детей от пронизывающего ветра, двигались дальше, утопая в снегу. Пробиваться через увеличивающуюся на глазах снежную толщу без снегоступов было мучительно тяжело, но страх и жажда выжить гнали их дальше, заставляя игнорировать жестокую метель, быстро превращающуюся в бурю.
Они решились на побег из долины ещё в полночь, сговорившись меж собой, и до самого рассвета сидели в тайге, окружив себя кострами и не выпуская из рук горящих факелов.
Из охваченного ужасающим пиршеством смерти стойбища им удалось сбежать чудом. Едва стемнело, подруги схватили детей и тайком бросились в лес, в надежде избежать смерти. Их снегоступы со зловещим треском переломались при первых же шагах, и лишь огонь спас женщин от лап злых духов, поглотивших долину. Истерзанный, покрытый жуткими рваными ранами мертвец Лицуро долго смеялся им вслед, и за каждым кустом стояли изувеченные трупы некогда принесенных в жертву пленников.
Выпотрошенные мертвецы тянули к женщинам кишащие трупными червями руки и не исчезали до тех пор, пока вокруг беглянок не вспыхнул костер. Искать в темноте выход из долины женщины не решились, с факелами в руках их будет видно издалека, и они решили уходить с первыми лучами солнца.
Некоторое время они сидели почти вплотную к огню, вздрагивая от доносившихся из стойбища душераздирающих воплей и предсмертных криков.
Потом на долину обрушился снегопад, и костер начал угасать. Стало ясно, что, если они не выберутся из долины сейчас, единственную тропу засыплет полностью и покинуть это жуткое место станет невозможно. Женщины подхватили детей и устремились навстречу метели, уповая на огонь факелов. Но бушующий сильным ветром снегопад становился всё яростнее, и вскоре факелы погасли, не выдержав его натиска. Дальше пришлось двигаться наугад, и к рассвету женщинам удалось преодолеть не более половины пути до места, откуда уходит тропа, ведущая из долины наружу.
"
"Воплей умерщвляемых злыми духами людей уже не было слышно, повсюду стоял свист беснующегося бурана, но страх не покидал души беглянок. Продираться через снежное месиво, лежащее под ногами и кружащее в воздухе, становилось всё тяжелее, силы иссякали, и лишь инстинкт самосохранения гнал женщин вперед. Всё началось четверо суток назад, когда в долину, объятые животным ужасом, вернулись воины, что ушли в очередной набег.
