Отель желаний

А?

Закрываю глаза, понимая, что ни черта до Миши не дошло. По-прежнему строит из себя наивного, глупого мальчика, не желающего отвечать за собственные действия.

‒ Он не возьмёт. ‒ Потому что возьмёт моё тело и будет пользоваться, сколько пожелает. ‒ Но я попробую снова озвучить своё предложение.

‒ Зачем озвучить? Продай и предложи по факту! ‒ Как всё просто: продай и мы оба останемся без жилья. Идиотизму Мишиным идеям нет предела.

‒ Так и сделаю. По крайней мере, попробую.

‒ Да?

‒ Да. Прямо сегодня и займусь данным вопросом.

"

"‒ Систер, ты чудо! Надеюсь, ты всё сделаешь быстро и сможешь вырвать меня из лап людей, заставляющих тяжело работать! ‒ Делаю себе заметку: попросить Лиса загрузить Мишу работой по максимуму, чтобы даже думать времени не оставалось.

‒ Конечно, Миш. Обязательно. Пока.

‒ Пока. Я жду!

Разочарование… Наипротивнейшее чувство, обволакивающее мерзкими щупальцами тело и проникающее в душу, заполняя её до краёв. Гадко осознавать, что брат, единственный родной человек, даже в такой ситуации заботится исключительно о собственном благополучии.

Только «я», только «его» проблемы и желания, мысли и переживания. Кажется, он не испытывает братских чувств, равнодушно реагируя на события в моей жизни. Обидно до слёз. Глубоко внутри вспыхивает злость на близкого человека, который никогда не станет для меня опорой, оставшись тяжким бременем на долгие годы.

Удостоверившись, что Миша по-прежнему находится в привычном для него состоянии тотального пофигизма и невероятной заботы о себе любимом, включаюсь в рабочий процесс, возвращаясь в холл отеля.

Весь день персонал приходит с вопросами и пожеланиями, которыми мы давно не обменивались. Марк Захарович прислушивался к мнению персонала, периодически модифицируя рабочий процесс и осваивая новинки, появляющиеся на рынке. Вот и сейчас устраиваю общий сбор для внесения изменений. Обсуждения растягиваются на добрых три часа, за которые мы успеваем обсудить не только положений вещей в «Дэсэо», но и Лиса, к которому, оказывается, каждый проникся симпатией, в той или иной степени.

Мастерски ухожу от ответов на вопросы о продаже отеля, даю расплывчатые комментарии, лишь уточняя, что я не настолько близка к боссу, чтобы он делился со мной планами на будущее. Возможность спросить у меня была, когда мы провели ночь в одной постели, но в тот момент мои мысли были заняты исключительно Кретовым и сложившейся ситуацией.