Отец подруги. Плюс-минус восемнадцать

Я так и замерла, не зная, что предпринять, зажмурилась, потрясла головой из стороны в сторону, пытаясь выбросить из головы идиотское наваждение, но оно никак не хотело пропадать.

Взяв себя в руки, я отправилась за Марком.

– Ты можешь взять футболку и шорты, они на кровати в комнате. Прими душ и садись завтракать.

Он сказал это спокойно, но уверенно.

Я хотела бы что-нибудь ответить. Хотя бы сказать, что мне жаль, что всё так получилось. Но как? Я не помнила, что именно произошло, была ли в этом моя вина? Не найдя лучшего, отправилась искать его спальню.

– Налево! – донеслось с кухни, я покорно повернула в противоположную от той комнаты, в которой я спала, сторону.

На кровати, застеленной серым пледом, лежали черные шорты и белая футболка. Я взяла одежду и побежала в гостевую комнату. Устыдившись собственной реакции на происходящее, я сначала заправила кровать. Потом приняла душ и оделась. Чтобы смыть макияж, пришлось постараться, но я всё же победила несмываемую тушь. Брать чужое полотенце мне было некомфортно, так что я хорошенько отжала волосы, промокнула лицо своим шёлковым платьем, теперь его надо было отправлять в химчистку, денег на которую у меня не водилось.

Вошла в кухню с твёрдым намерением извинится за что бы то ни было и поехать домой.

– Извините, я не помню, что произошло, но в любом случае прошу у вас проще…

– Так просто ты не отделаешься, – безапелляционно произнёс Марк.

– Что, простите? – опешила я.

– Не пытайся сделать вид, что не помнишь, – усмехнулся он.

– Ты вчера здорово задолжала, – усмехнулся мужчина, надвигаясь на меня.

– Сколько я вам должна? – спросила тихо.

– Много, – он довольно ухмыльнулся. – И теперь ты всё отработаешь.

Глава 10 Катя, Марк и их сделка

На столе перед Марком стоял поднос с двумя стаканами сока и яичницей, тостами и каким-то соусом. Мужчина придвинул поднос мне.

– Неси, обсудим за завтраком.

Я растерянно взяла поднос, удерживая одним пальцем застёжки босоножек. Он забрал у меня туфли.

– Ступай, они тебе пока не понадобятся.

И было в этом приказе что-то глубокое, пронзительное, что задевало все мои внутренности и отзывалось волнением в душе.

Я отнесла поднос и переставила еду и напитки на стол у занавешенного окна столовой зоны, совмещенной с гостиной. Повернулась и ткнулась носом в шею Марка. Лёгкие тут же заполнились приятным ароматом его парфюма.