Отец подруги. Плюс-минус восемнадцать (СИ)

— И что прикажешь делать? Сидеть и ждать тебя? Пока ты меня…

Я хотела сказать трахнешь или отымеешь, но воспитание не позволило даже просто произнести такие слова.

— Именно так, — устало сказал Марк. — Я в душ. Присоединишься?

— Если у меня есть выбор, то нет, — сказала я разочарованно.

Всё-таки правильно, что я решила в него не влюбляться.

— У тебя нет выбора.

Глава 23 Коттеджная жизнь

Короткий приказ, а у меня мурашки.

Он снял с меня кофту, штаны, футболку, Я осталась в белье. В таком виде я ждала, пока он снимет рубашку.

Марк увёл мои руки назад и прижал меня к себе.

Оцарапал кожу моей груди зубами. Снял с меня бельё, медленно ведя руками по моему телу. А я высвободила запястья из его захвата и решительно расстегнула ему штаны.

— Быстрее покончим с этим, — сказала я, спуская его брюки на пол.

— Мне нравится твой настрой, — насмешливо произнёс он.

И затянул меня в душ. И теперь уже я его мыла. Проводила руками с гелем по стальным мышцам, смывала пену водой. Марк расслабился, а когда я закончила, он выключил воду и сказал:

— Мне сегодня доложили, что ты слишком тесно общалась с охранником.

— Да, — ухмыльнулся он. — Так уверяли, что, если бы я тебя не знал, поверил бы.

Я вспомнила рыжую уборщицу. Я наклонилась тогда в гардеробной, чтобы вытащить вещи, а Алекс стоял рядом. Она, наверное, подглядывала, подумала что-то неправильное и сообщила об этом Марку.

— Какой кошмар, — резюмировала я. — Алекс очень хороший охранник, не подумай ничего плохого.

— Обычно он — телохранитель Леры. Но так как её нет в городе, я решил, что нет никого лучше, чем он, чтобы защитить самое дорогое.

— Самое дорогое или игрушка, вы уж определитесь, Марк Александрович.

— Самая дорогая игрушка, — сказал он серьёзно.

— Знаешь, раньше я, наверное, даже разбираться бы не стал. Алекса бы избили и бросили подыхать где-то в лесу, а тебя…

Он сглотнул. А улыбка, только что появившаяся на моём лице потухла.

— Что бы ты сделал? — спросила.

— Очень сильно наказал бы, — ответил он, прижимая меня к себе.

Он поцеловал меня страстно, припечатывая к стене. Я обхватила его талию ногами и почувствовала первый толчок, который выбил из меня жаркий стон. Я больше не чувствовала ни холода плитки, ни пальцы Марка, крепко сжимающие мои бёдра, ни мокрые волосы, прилипшие к лицу. Всё исчезло. Осталось только ощущение близости, почти единства с мужчиной, что стоял напротив меня.