Отец подруги. Плюс-минус восемнадцать (СИ)

Я размял шею и вышел на набережную, оставил Сержа, чтобы он спокойно подписал с парнями договора.

— Ну как она? — спросил не стесняясь.

— Это ты с чего взял?

— Так читает целый день. Вообще её без книги не видел ещё, как библиотеку показал.

— И никуда не поехала?

— Нет, сказала, что ей ничего не нужно.

Я хмыкнул. Нет, ну точно надо было брать её с собой. Жаль, не вышло. Заграна у неё нет, а ещё визу надо бы было оформить, это бы точно заняло несколько дней. А мне надо было срочно.

Поймал себя на этой мысли.

Неприятно что-то кольнуло в груди. Ничего не успеется. Ещё из-за какой-то девки переживать! Надоест, появится другая. Вот и всё!

Вечером встретились с одной пробивной русской бабой, которая тоже работала в норвежской компании по производству оборудования для добычи нефти и газа. Хуёвая баба. Элла номер два, только ещё хлеще, такой палец в рот не клади. Сожрёт и не подавится. Я Сержа сразу тормознул. Не надо мне этих “шей”, которые думают, что всем управляют.

Вечером я оставил Сержа в местном баре, а сам поехал спать.

Вырубало жутко. То ли от воздуха местного пьянящего, то ли от того количества белка, который я поглотил. Морепродукты здесь, конечно, отменные!

Утром Серж поехал к нашим местным коллегам, договориться о прохождении курсов нашими инженерами.

А я поехал к Бьёрну. Мы учились вместе. Пока я здесь жил, сколько километров на беговых лыжах мы вместе протопали? Дохера. Чистой воды норвег, у Бьёрна были белые волосы и голубые глаза. Сам высокий. Подтянутый.

Он встретил меня, широко расставив руки и улыбаясь.

Не изменился, подлец. Жена у него наша ровесница, изменилась, а он нет. Детей стало больше с нашей последней встречи, теперь трое.

Меня пригласили на обед. Долго расспрашивали, как дела в Москве. Я рассказывал. И Бьёрн тоже делился новостями. Он с женой и сыновьями успел покататься по Европе, купили новый дом, обновили лодку. Было решено поехать рыбачить.

Как бы Катя здесь вписалась? В наш разговор. Сидела бы рядом со мной, а я бы сжимал её руку в своей ладони.

— Ты влюбился? — спросила меня жена Бьёрна на английском.

— Светишься изнутри, только зачем-то этот свет гасишь.

Я ухмыльнулся. Женщины везде женщины, видят то, что мужикам не доступно.

— Да, — неожиданно для себя ответил я.

— Кто она? — спросил Бьёрн удивлённо.

Ещё бы. В последний раз я влюбился в свою бывшую жену. На руках её, суку носил! Всё для неё! Жизни не видел, чтобы только ей всё лучшее да Лерке, всё им устроить! Изменила. Тьфу.