В маму, наверное, она даже внешне на него непохожа. На секунду в памяти всплыли светлые короткие косички и ясные глазки в обрамлении пушистых светлых ресниц. Мне бы такую куколку…
Я бы, может, и рассмотрела вариант пойти няней. Деньги очень нужны, но сейчас я должна больше уделять внимания Тимке, собственно, поэтому я устроилась сюда. Здесь очень подходящий график. И от дома недалеко.
Но самое главное, мне уже озвучили, что ожидают от меня «особенных сверхурочных», и уж это явно не плетение косичек.
– Я не могу принять ваше предложение, – отвечаю я сдержанно, но чего мне это стоит…
– Не знаю, как много ты обо мне слышала, Варвара, – его тягучий низкий голос я могла бы счесть очень красивым, если бы не помнила его рык, и если бы не смысл слов, произносимых им.
– Но я всегда получаю то, что хочу.
Разумеется, имя Воронцова в городе на слуху. Однако я никогда им не интересовалась, у меня совсем далекие от этого проблемы, знакомые любому, живущему на зарплату. Я даже не представляла, как он выглядит, искренне считая, что такой воротила – дядька в возрасте, а не молодой мужчина с кубиками пресса, пахнущий шафраном и кожей.
– Виктор Андреевич, – цежу я. – Ваше предложение мне не подходит по личным причинам.
– Я умею продавить свое решение. Хочешь на себе прочувствовать, как я это делаю?
Воронцов нажимает на кнопку селектора:
– Геннадий, подготовьте мне личное дело Варвары Тронь, – не сводя с меня насмешливого взгляда, требует он.
У меня опять потеют ладони. Что он задумал?
– А ты, Варвара, иди подумай и оцени мое предложение.
Можешь попробовать что-то выторговать себе. Только не наглей. Отказ не принимается.
Глава 3
Оглушенная выхожу из кабинета директора, ощущая взгляд Воронцова между лопаток.
Весело ему. А мне вот не до смеха.
Геннадий, дожидающийся меня, смотрит подозрительно, но, что я натворила, не спрашивает.
Я возвращаюсь в торговый зал. Через пять минут начинается рабочий день, а меня вроде не отстраняли. Другие консультанты переглядываются при моем появлении.
Я буквально чувствую, как их раздирает любопытство, но за два месяца я ни с кем не успела сойтись близко. Я возлагала большие надежды на корпоратив, но они рухнули, когда меня сначала допрашивала служба безопасности турбазы, а потом мы объяснялись со службой портье. Где уж мне было до командообразования.
А когда все закончилось, я под въедливым взглядом Воронцова собрала свои разбросанные вещи в рюкзак, и уже в сумерках покинула турбазу.
