Вийон завершал Ритуал, вливая треть сил в Раала, другую — в Дэна, а последней обволакивая стенки пентаграммы, заставляя ту испуганно сжаться под натиском выпущенной магической энергии.
Тела Дэна и Раала на миг словно сжало, а потом поток магии, исходящий от них чуть усилился, но даже этого малейшего вливания вкупе с давящей на стенки пентаграммы чистейшей энергии хватило.
Вийон, закончив наш ритуал, тоже не остался в стороне, пустив столп черного пламени в пентаграмму. Корсентер внутри взревел. Он чувствовал, что его план рушится на его глазах.
Неужели у нас получится уничтожить могущественного демона?
Стоило мне подумать об этом, как Корсентер покинул круг. Но задержать его не смог ни один демон — все трое сдерживали энергию внутри пентаграммы, которая могла бы сравнять город с Землей. Но и к нам он не бросился, видимо, знал, что если со мной что-то случиться, то Раалу станет наплевать на весь город и он убьет вместе с десятками тысяч людей и Корсентера.
Остановить его мы были не в силах.
Я лишилась магических способностей, как и Ирна, поэтому мы могли лишь молча наблюдать за тем, как длинноволосый демон скрывается в арке портала. Энергия внутри пентаграммы начала утихать, и вскоре демоны смогли её закрывать.
Первым на землю как подкошенный упал Раал. Я сорвалась к нему и опустилась на пол, положив голову мужа на свои колени. Каган Багровых степей был бледен — он находился в состоянии магического истощения.
— Ты в порядке? — прошептал он. И я скорее разобрала слова по движению его губ, чем услышала.
— Тише, молчи. Не трать силы, — погладив мужа по волосам, ответила я. Он молчал, я же наклонилась ниже, подарив нежный поцелуй, смачивая пересохшие губы мужчины своими.
Рядом упало тело — Дэн потерял сознание. Подключился к ритуалу он немногим позже, чем Раал, поэтому сил потратил не меньше. Один Вийон продолжал стоять на ногах, тяжело дыша. Глаза Раала закрылись. Сознание покинуло и его.
Глава 18
Вийон вызвал группу зачистки, ищеек и целителей.
Раала и Дэна погрузили в магические коконы и доставили во дворец Багровых степей. Лиззетта, которая вообще ни о чем не была осведомлена, металась из стороны в сторону, пытаясь найти ответы, но никто ей ничего так и не сказал. Элиурийя не посчитала нужным посвящать дочь в тонкости расследования, сохранив всё в тайне, чтобы не наводить лишнюю панику, я же была слишком подавлена и измотана.
И мне даже не было жаль, что мы упустили Корсентера.
