Здесь было множество прилегающих скверов и небольших лавок торговцев, поэтому площадь была излюбленным местом прогулок горожан.
— На всё всегда есть причина. Впрочем, прости, если затронул болезненную для тебя тему. В монастыре наверняка было весело?
— Первый раз слышу версию о том, что в монастыре может быть весело, — улыбнулась я с благодарностью за смену темы.
— Просто предположение и вполне вероятно, верное, ведь в этом монастыре проживала ты.
— Вы преувеличиваете мои заслуги!
— О, иногда я боюсь их преуменьшить! — рассмеялся Раал.
Его черные глаза блестели от бликов солнца. — Вчера ты так неожиданно ввалилась домой, что я уже собирался вызывать жандармов.
— Вы? — фыркнула я. — Тисс Коордеваль, скорее, вы бы поджарили вломившегося преступника некрошаром!
— Винсента, однако и вы не самого лучшего мнения обо мне! И что же нам делать вместе — двум возмутителям спокойствия?
— Протерпеть год и разойтись, как в море корабли, — незамедлительно ответила я и заметила, как Раал, смотря на меня, умудряется обратить внимание на то, что позади.
Он за кем-то следит?! — Это прогулка не мой подарок, верно?
— А ты считаешь себя достойной подарка после вчерашней выходки? Однако самомнение у вас, тисса!..
— Я просто не люблю обманываться, — поморщилась я и замолкла. Теперь можно и помолчать.
За кем следит Раал? Я здесь никого подозрительного не вижу, разве что…
Бес!
Низкорослик, смешно подпрыгивающей походкой, направлялся в антикварный магазин.
Ничего необычного или странного, мало ли гостей из нижнего и верхнего мира бывает на Земле? И все же мой муж незаметно следил именно за ним.
— Это он? — тихо полюбопытствовала я, наклонившись ближе к мужу.
— Он тот, за кем замечена подозрительная активность в местах… убийств.
Я постаралась сохранить нейтральное выражение лица, хотя сердце предательски заколотилось. Убийств?! В любом другом случае я бы отшатнулась от Раала, но мне пришлось себе напомнить, что он суверен целого каганата, поэтому если где и безопасно, то рядом с ним.
— Я обещаю удовлетворить твое любопытство в обмен на помощь и клятву о молчании.
— Еще одну? — удивилась я наглости своего благоверного. Прогуливаясь с ним, я заметила за собой странную привычку: мне постоянно хотелось оправлять волосы или юбку платья, словно мне было важно мнение спутника о моей внешности.
— Боюсь, что вся наша совместная жизнь будет построена на клятвах, дорогая.
