Отказная жена Феникса или Карьера дерзкой попаданки

Это!

Девушка извлекла из травы странный серебристый конус, похожий на женскую шляпку.

— Еще дюжина таких в сарае, — похвасталась помощница.

— Ты что-то понимаешь? — обратилась я к Габби.

Мальчик шаловливо потряс головой.

— Ну смотрите, — разволновалась Дерси. — Это магические лампы. Они заряжаются от природного вита, достаточно положить их в места природной Силы. Родители пользуются такими же, у них круглый год растет морковь и зеленый горошек. Но лампы ужасно дорогие, гораздо дешевле купить овощи на рынке.

У родителей теплица окупилась только через три года, просто мама... — девушка замялась, — она считает, что между ртом и едой не должно быть посредников. Ну... мало ли чем там морковку подкармливали и капусту поливали.

— Продвинутая у тебя мама, — уважительно кивнула я. — Скажи только, как нам найти эти самые поля для зарядки?

— Родители вызывали мага, — стушевалась Дерси. — Иначе бы лампы окупились через… два года.

— Все опять упирается в деньги, — вздохнула я. — Жаль, что у меня нулевой дар.

Вот что, прихвати лампу с собой. Наш дом такой странный, что я не удивлюсь, если в нем заведется какое-нибудь магическое поле… если еще не завелось.

Мы двинулись назад. Проверили сарай и убедились, что в нем хранятся магические лампы в количестве пятнадцати штук. Одна даже слабо засветилась, когда Габби взял ее в руки. Но фокус повторить не удалось, и авантюра с зимним огородом отодвинулась на неопределенный срок.

Жаль. У нас были семена и не было денег на хорошее питание.

Взнос от Фалькона ожидался через три недели, но Динфэй уже разрабатывал план ремонтных работ по дому, и что-то мне подсказывало, что итоговая сумма меня ужаснет. И это еще вопрос с отоплением не был решен.

Когда мы вышли на луг перед домом, по траве пронеслась огромная тень. Я задрала голову и успела заметить очертания крупной оранжевой птицы. Фламинго? Что им делать здесь осенью?

— То был феникс, — авторитетно заявил Динфэй, встретив нас у крыльца. — Но не наш господин. Наш господин обязательно навестил бы Фаир-Глан.

Я-то всегда площадочку для оборота держу чистой, вычищенной.

— Площадочку? — переспросила я.

— Так вон, на доме, ровненькая, чистенькая. Фениксы, когда приземляются и оборачиваются, завсегда много мусорят… перьями жжеными. Такова их природа. А я чищу. Мне не трудно.

Я выразила желание осмотреть фениксодром и поднялась на крышу. Там действительно обнаружилась чисто выметенная площадка, будто побывавшая в небольшом пожаре.