Шаги, хлопок холодильника. Пить хочется не столь критично, да и можно, в конце концов, вернуться наверх и утолить жажду из-под крана в ванной комнате. Кардинально, но спуститься как ни в чем не бывало вниз я пока не готова.
— Игорь Витальевич просил напомнить, что вы с ним встречаетесь после обеда.
Из уст Журавлёва звучит мат. При упоминании отца голос становится стальным и раздраженным.
— Тебя не просто так назначили на должность. Соглашаясь, нужно было понимать, что придётся идти на уступки и… делиться.
— Насть, давай ты не будешь лезть в мою работу, окей? Я же не трогаю твою?
— Я за тебя, дурака, переживаю.
Если ты пойдешь против, то тебя мало того, что попрут, так ещё и…"
"Я разворачиваюсь, потому как понимаю, что разговор становится максимально семейным и личным, чтобы бесстыже его подслушивать.
— … обо мне ты подумал? А? Как я без тебя?
Переступив две ступеньки, пытаюсь идти тихо, но вдруг сбиваюсь и спотыкаюсь. И вся моя маскировка летит к чертям. Звук довольно громкий, чтобы его не услышать.
Я шумно выдыхаю и, оттолкнувшись ладонями, возвращаюсь в исходную позицию. Судя по затаившимся голосам — меня и правда засекли, а значит, нет никакого смысла бежать к себе в спальню.
Спускаюсь на первый этаж, щурюсь от слепящего солнечного света, который беспощадно бьёт в глаза. Застыв в дверном проеме кухни, затягиваю пояс.
Воздух накаляется и трещит. Пульс зашкаливает, а дыхание рвётся с первым же невозмутимым приветствием.
— Доброе утро, Полин.
Саша кивает, бегло мажет по мне взглядом.
Взяв со стола чашку кофе, разворачивается и направляется на веранду, оставляя нас с Настей наедине.
Нет ни сумасшедшего влечения, ни опустошающей голодной страсти. Ничего, будто всё было искусственным. Впрочем, так и есть. Мы друг другу никто. Ни друзья, ни любовники. Всего лишь механизмы, которые помогли добиться ошеломительных эмоций в процессе. Как ментоловые конфеты, но только круче.
Я подхожу к холодильнику и, открыв дверцу, достаю из овощного лотка маленькую бутылку ледяной воды.
— Хорошо, что вчера вы никуда не уехали, — произносит Настя, забравшись на высокий барный стул.
Дёрнув уголками губ, откручиваю крышечку.
— В округе повалило деревья и оборвало линии электропередач. Наш дом сейчас работает от генератора.
— Жуть.
??????????????????????????Я жадно присасываюсь губами к горлышку и пью до тех пор, пока не утоляю мучительную жажду. Наверное, чудесно, что у Журавлёвых отношения, как и раньше, теплые и милые.
