Я бросаю салфетку на стул и направляюсь на кухню. Вариант, что Наиль польщён, отметаю. Удивлен — да. Я давно перестала хотеть радовать его, поэтому, должно быть, и правда непривычно.
Вставив в центр торта свечки, зажигаем их. Наиль поднимается из-за стола и походит к барной стойке. Сунув руки в карманы, о чем-то крепко задумывается. На счёт три набирает в лёгкие максимум воздуха и одним махом тушит свечи.
Именно так и проходили все наши праздники. Этот другой. Он отличается. И как будто бы не вписывается в новые реалии.
— А что ты загадал, пап?
Наиль подмигивает дочери.
— Если озвучу, то желание не сбудется.
— Точно. Тогда никому не говори, и даже маме.
Улыбнувшись, достаю нож и разрезаю бисквит на ровные кусочки. Прошу Мышку найти в шкафу десертные тарелки и ложки.
Твой папа, малыш, многое перестал мне рассказывать. Как и я ему.
Торт сухой и не успел как следует пропитаться и насытиться. Чуточку поплыл и скривился. Надеюсь, что хотя бы вкусный.
— Чур, мне кусок с малиной, — подставляет тарелку Мышка.
Я поднимаю глаза, смотрю на мужа. Хочу поинтересоваться: ему побольше или поменьше, но осекаюсь и застываю.
Наиль разглядывает горящий экран. Поджимает губы. На лице при этом проносится масса эмоций. Теплых, загадочных. Разных.
Сердце часто-часто колотится. Почти вылетает.
Внутри меня со всей дури вопит интуиция, хотя и не просила. Я откуда-то точно знаю, что звонит Настя.
Муж отрешенно поглаживает дочь по макушке, находит меня взглядом. Смотрит внимательно и цепко.
Проверяет, догадываюсь ли?
— Я отойду ненадолго, — спокойно предупреждает.
Телефон в его руке продолжает разрываться и вибрировать. Раздражать настойчивостью и нетерпимостью.
— Конечно…
Я равнодушно пожимаю плечами, отворачиваюсь. Всем своим видом показываю, что мне абсолютно плевать.
Глава 61
Разливая по чашкам кипяток, слегка ошпариваюсь.
На балкон часто не смотрю, но боковым зрением улавливаю, что разговор окончен, и длился он совсем недолго.
Следующие пять минут Наиль просто стоит, упираясь локтями в оконную раму и наблюдая за вечерним городом.
Громко ойкнув и отпрянув, я опускаю руку под холодную воду. Всё валится. Не получается. Движения рассеянные.
Сама не понимаю, почему я столь остро отреагировала. Ну подумаешь, поздравления и приятные слова. Почему бы и нет? Я сама за этот вечер так и не сумела произнести даже самый заезженный и шаблонный тост.
— Больно? — неожиданно подходит сзади свекровь.
Закрыв кран, оборачиваюсь.
