Открывашка и пробой

Местный кулак, получается — скупил вон те покрытые почти созревшей пшеницей и картофельной ботвой поля до самого горизонта, выстроил на окруженной забором территории элеваторы-сушилки-хранилища, машинно-тракторную станцию и вон там, слева, удручающе близко к Чулыму, здоровенные коровники.

Выглядело все это добро очень пристойно — блестела нержавейка, бетон не успел потемнеть от времени, по полю бодро тарахтел спёртный нами трактор… Твою мать!

Красующийся церемониальной катаной на поясе Самый Важный япошка хмуро глянул на трактор и что-то пробубнил на японском.

— Многоуважаемый потомок древнего рода Акира-сама просит поинтересоваться, кто продал вашему агрохолдингу не подлежащий экспорту трактор «Тип-672»? Мы будем очень признательны вам за имена предателей, посмевших поставить собственные интересы выше подписанного императорской рукой приказа.

Они что, не поняли? Слава богу! С другой стороны — кто сможет запомнить все ворованные тракторы? А вот приехал этот мужик на ЭКОНОМИЧЕСКИЙ форум, поэтому его вопрос логичен и понятен. Ну и как вообще в нормальную голову может прийти идея воровства японских тракторов в Сибирь? Ладно бы в приграничных районах. Да и не успела бы японская система отреагировать и прислать специально озабоченных этим вопросом людей — с момента, когда Тимофей пожег япошек и камеры, прошло всего три дня.

Жириновский укоризненно посмотрел на меня (а я-то что? Все вопросы к взрослым!) и отбрехался стандартным:

Ворота агрохолдинга открылись, и оттуда вывалились улыбающиеся оборотни во главе с Геннадием Петровичем, который держал в руках каравай. Сопровождающий Ординария шепнул что-то на ухо хозяину, и имперская часть делегации синхронно схватилась за кресты, начав читать хоровую молитву. Среди япошек тоже нашелся «опознаватель оборотней», и фашисты демонстративно отвернулись от «приветственной делегации».

Владимир Вольфович с явным удовольствием откусил кусок каравая и подтянул меня к себе, приобняв за плечи:

— Спасибо, что за Андреем приглядели.

Получивший почти нотариально заверенное свидетельство о родстве народ тут же уменьшился вдвое — оборотни спешат поделиться со своими радостной новостью.

— Мы — за вас, Владимир Вольфович, — заявил Геннадий Петрович.

— Спасибо, сынки, — одобрил Жириновский. — Мы тут сами разберемся.