Сведения о них ему добыть ничего не стоит.
– Стало быть, в интересах императора его деятельность пресечь.
– Да. Несомненно в интересах Кассиана, и даже, если уж на то пошло, на руку. Меня раздражает, что вряд ли дело выйдет тихим. Исчезновение такой персоны, как лорд Смионе, не останется незамеченным. А обнародовать, что зрел заговор – разжечь излишнее любопытство и, возможно, побудить других повторить дурость лорда.
– Ну тут уж я императору ничем помочь не могу, – развожу я руками. – В любом случае всегда можно представить это как то, что от взора императора ничто не укроется.
Ну или устроить лорду несчастный случай.
Николас иронично усмехается:
– Добрая леди Гвидиче.
Это наталкивает меня на мысль, кое-что уточнить у дознавателя:
– Лорд Фаджио, раз уж мы так мило беседуем, позвольте задать вам личный вопрос…
Николас выставляет руки вперёд в предупреждающем жесте:
– Леди, моё сердце свободно, но Кристиан мой друг, так что…
Паяц!
Я сегодня уже показала, как далеко я от идеальной леди, когда эти лорды меня разозлили, поэтому, не сдерживаясь, закатываю глаза.
– И в мыслях не было нарушать ваше счастье, – отвечаю я, и Николас, поперхнувшись словами, покрывается пятнами. – Я бы предпочла услышать, почему ваше отношение ко мне изменилось так резко после того, как вы покопались в моей голове?
– Я не снял с вас тогда окончательно подозрений к причастности в происходящем, – увиливает лорд Фаджио."
"– Да, но вы перестали цепляться ко мне с этой помолвкой, хотя не могли не догадываться, что это фарс.
– Тут понимаете ли какое дело, леди Гвидиче, – хмыкает он. – Вовсе не важно, под каким соусом подано то или иное явление, важно – во что оно выльется. Я знаю Кристиана достаточно давно, чтобы предположить исход. А вот вас я не знаю вовсе, как и неизвестна мне ваша способность плести интриги.
– И что же? Покопавшись во мне, вы убедились, что способности отсутствуют? – приподнимаю я брови? – во всём, что происходит, я, похоже, единственный человек, который плывёт по течению.
– Отнюдь. Я убедился, что вы способны на многое, и это прекрасно.
– Не понимаю вашей логики, – я искренне недоумеваю.
– Потом поймёте. Однако я также обнаружил в вас кое-что ещё, и знаете… Это довольно мило, что сами вы этого не осознаете…
Ну, начинается. Я опять закипаю, но Николас всё же договаривает.
– Ваши чувства к Кристиану, леди Гвидиче. Они весьма любопытны.
Я краснею, как маков цвет. Об этом я не подумала. Это неловко. Очень.
