– Кожа хорошая, шея длинная, румянец есть. Ну-с приступим.
Порывшись в коробке с платьем, она извлекла оттуда несколько баночек и кисточек.
– Только не надо меня размалевывать! – предупреждаю я.
– Зачем нам тебя размалевывать, если Кристиан и так не сводит с тебя глаз? – хмыкает Алессия. – Мы только кое-что подчеркнем.
– Не сводит глаз? – недоверчиво переспрашиваю я.
– Ну да! Даже в присутствии императора пялился на тебя. Никакие артефакты не смогли скрыть. Будем надеяться, что заметили только мы, что на состязание он почти не обращал внимания.
Я вспоминаю тот взгляд, который мне достался во время турнира, и становится жарко.
– О! Хорошо порозовела! Постарайся зафиксировать! – советует Алессия, и я краснею еще больше. – Вот и все. Да погоди, не вертись. Потом посмотришься. Еще волосы…
Волосы – это моя боль. Грех жаловать на густоту и блеск, но мои кудри практически неуправляемы. Все, что мне удается, чтобы их усмирить, – это стянуть их в тугой пучок. И то, обязательно начнут выскакивать провокационные пружинки.
Даже не представляю, что может с этим сделать Алессия.
Однако, почувствовав холодок от применения магии, я приободряюсь. Судя по всему, леди Лирди – сильный бытовик. Может, у нее и получится совладать с моей буйной шевелюрой.
Закончив с прической, Алессия отступает на шаг и любуется делом рук своих."
"– Все же южные волосы – это богатство, – вздыхает она.
Не понимаю причин ее тоски, у нее шикарные рыжие локоны, их медный блеск выгодно подчеркивает цвет лица Алессии.
Заметив мое недоумение, она поясняет:
– У одного… – здесь она слегка замялась, – человека такие волосы.
Вспомнилось. Если бы он смотрел на меня так, как Кристиан на тебя…
Поддавшись любопытству, я немного наглею:
– Речь об Адриане?
Грустный вздох.
– Все сложно? – переспрашиваю я.
Ответом мне становится молчаливый кивок.
– Ну что это мы все о грустном накануне бала? – все же отвлекается от своих печальных мыслей леди Лирди. – Пора примерить платье! Мне и самой не терпится увидеть мое творение в деле!
Пожалуй, я бы даже сказала, что нужно поторапливаться.
Взгляд, брошенный на часы, это подтверждает. Теперь, когда я знаю, что на балу будет Кассиан, мне и в голову не придет опоздать.
Возня с бельем и мелочами заканчивается ни раньше, ни позже, а через полчаса. Несмотря на мое ярое сопротивление, меня затягивают в корсет, слой за слоем надевают наряд, расправляют юбки.
Еще какое-то время мы боремся с Алессией за глубину моего декольте. Она тянет вниз, я – вверх.
