– Мне стало нехорошо, – отговариваюсь я, Катарина в курсе моей слабости в последнее время.
– Ты пьёшь то укрепляющее зелье, которое я тебе дала? – хмурится она, вглядываясь мне в лицо."
"Разумеется, я про него забыла! Но пару дней я чувствовала себя вполне сносно, так что в нём не было необходимости. Правда, Кат я в этом, конечно, не признаюсь. Она так трогательно за меня волнуется.
– Пью, – вру я, убеждая себя, что просто не хочу заставлять её волноваться ещё больше.
– Отлично! У него накопительный эффект. Скоро подействует, – уверенно говорит она.
Такая милая!
Взглянув на наручные часики, Катарина подскакивает.
– О боги! Я опаздываю на консультацию к мэтру по ядовитым травам. Он из вредности решил её не отменять, – кривится она.
– Беги, – говорю я даже с некоторым облегчением.
Я всегда рада Катарине, но сейчас мне хочется побыть одной и собраться с мыслями. Поэтому, когда дверь за подругой закрывается, я вытаскиваю шпильки из шевелюры, позволяя голове отдохнуть от тугого пучка, сбрасываю туфли и валюсь на постель прямо в форме, устремив взгляд в потолок, будто там есть некие письмена, способные пролить свет на происходящее.
Впрочем, кое-кто может сделать ситуацию яснее.
Лорд-ректор явно знает больше, чем говорит.
Увы, как ни крути, всего он мне не расскажет.
Если этим делом занимаются сразу и Кристиан Натори, и Николас Фаджио, оно пахнет государственной тайной. Знать бы ещё, что за любопытные новости у лорда-дознавателя.
Однако, если я соглашусь на предложенную авантюру, некоторыми сведениями лорду Натори придётся поделиться.
Вопрос, что из того, что он не расскажет, смогу выудить уже я?
Джемма, назови меня «мой лорд Амато»…
Лорд меня откровенно смутил. Старая форма признания единственного. Ничего себе, сейчас почти никто не заключает такие браки. По крайней мере, я о таком не слышала.
Что-то тут есть… Никак не могу вспомнить. Память у меня хорошая, но работает своеобразно: на ассоциациях.
Лорд Натори явно увлекается древностями: древнелидванский язык, древние ритуалы.
Интересно, что можно найти в архивах рода Натори?
Напоследок ректор сказал мне, что я очень похожа на портрет своей прабабки… Удивительно. Где он мог его видеть? Очень многое из истории моей семьи не сохранилось. И в основном это касается прабабки, Дерины Гвидиче, той на чьём веку слава нашего рода увяла.
Порывшись в кармане, я достаю переданный мне лордом артефакт.
«Он тебя защитит. Если не от всего, то от многого».
Надо бы уточнить его свойства.
