Надетые на ней худи и джинсы не казались особенно сексуальными, но тонкая ткань идеально облегала ее изящные бедра, потому это выглядело очень даже волнующе. Длинные ноги, соблазнительная маленькая попка и шикарные распущенные черные волосы. Чертовски притягательная.
Даже не догадывался, что у меня может быть столько силы воли - стоять и смотреть. Просто смотреть….
А хотелось исследовать руками и губами каждый сантиметр её безупречного тела. Показать ей, как сильно она заставляет меня воспламеняться. Как сильно она сводит меня с ума.
Углубил поцелуй, стараясь игнорировать тот факт, что ничего кроме мыслей о другой этим «актом доброй воли» мне добиться не удалось, ну, и счетчик мерзости по отношению к себе прямо зашкаливал.
Браво, Леднёв. Днище года.
Но все закончилось, когда тошнота метафорическая сменилась вполне реальной.
- Похоже, я перебрал, - медленно отстраняясь от девчонки. - Последние мозги пробухал. С утра же пожалеем об этом…
- Максим, я.…
- Т-с-с, - прикладывая палец к ее губам с размазавшейся красной помадой.
- Не надо, Лен, - делая глубокий вздох. - Иначе работать не сможем. Я по пьяни вообще не соображаю. Трахаю все, что движется, а что не движется… двигаю, ну, и ты понимаешь…
К сожалению, был у меня один такой непродолжительный период в жизни, во время которого я очень отчетливо осознал - алкоголь зло, а секс в результате алкогольного опьянения полнейшая дичь.
Разумеется, у нас с Трофимовой был не тот случай."
"Я не настолько упился, чтобы превратиться в животное, и вряд ли уже когда-то так смогу, но это было единственным адекватным оправданием, учитывая количество коньяка, принятое мной на грудь.
- Максим.… Я всё понимаю, - раздосадовано зачастила Ленка. - Может, тогда просто спать пойдем? - хлопая ярко накрашенными ресницами.
Спать мы пойдем. Просто.
Умно. Но я и так уже наложал выше крыши.
- Я не буду здесь оставаться. Глотну свежего воздуха, и вызову такси. Ещё раз с днем рождения! - ровным до безразличия голосом.
- Ты….ты уедешь? - плаксиво.
- Лен, я же тебе много раз говорил - не выйдет у нас ничего путного. А то, что ответил на поцелуй, - вздохнул, часто-часто моргая, - тело откликнулось.
- Тело? - с такой обескураживающей надеждой, что мне захотелось удавиться.
Но не душа. Я не имел права с ней так бездушно. Уж слишком много хорошего сделала для меня Трофимова.
Почувствовал себя ебучим эгоистом - это ж надо было так нелепо все испортить. Нормально же все было.
