Отложенный эффект

Но если вдруг что-то пойдёт не так – ты сама наденешь его обратно, договорились? – с развёрнутой ладони изящно слетело серебристое щупальце и дотронулось до её  щеки.

Мягко, осторожно и немного щекотно.

- Договорились, - кивнула она и сняла с него крест, ещё и из волос не сразу выпутала.

Сила плеснулась наружу мгновенно – почти как ночью, когда стояли спиной к спине. Только сейчас она выглядела не убивающей наповал, а… скорее наоборот. Щупальца, бывшие мертвенно-серыми, будто поглощавшими свет и цвет, сейчас задорно серебрились в лучах солнца.

И Марион улыбнулась харизматичному некроманту, и потянулась в этот невероятный серебристый клубок, нити из которого дотягивались везде, особенно там, где не хватало рук.

Кажется, где-то снаружи существовала какая-то жизнь, кто-то приходил и уходил, но им было хорошо вместе – просто вместе и просто хорошо. Может быть, она уже подходила к смертельной черте так близко, что ей не страшно? Потому что страшно не было, было вдохновляюще.

Спасибо тебе, красавчик-некромант. Могла бы и не узнать никогда… а вон оно как, оказывается.

14. Инсайдерская информация

Саваж проснулся от непонятного звука, этот звук вторгся в сон и не исчезал, и его никак нельзя было идентифицировать. Пришлось открыть глаза и прислушаться.

И тут же забыть про все звуки мира! Потому что у него на груди спала Марион, и оба они были окружены плотным коконом его силы – не вдруг проломишь, и звук тоже не вдруг проникнет.

В дверь поскреблись, осторожно и деликатно поскреблись. Интересно, сколько времени?

Часы лежали на тумбочке и сообщили, что сейчас половина десятого. Чёрт, он же обещал быть в парламентской комиссии в десять двадцать! И между прочим, по вопросу Кусачки, ему самому до парламента было, как до Другого Света.

- Скорпион, а Скорпион… - донеслось от двери.

Ну да, Кусачка, он самый. Саваж вздохнул и попытался осторожно переложить Марион на подушку – пусть спит. Не вышло.

- М-м-м? – спросила она, просыпаясь.

- Угу, - ответил он столь же вразумительно. – Мне пора вставать, звёздочка моя Марион.

- А сколько времени? – она мгновенно стряхнула остатки сна и села на постели.

- Девять тридцать, - сообщил он.