Отложенный эффект

И сразу же вспомнилось – её зелёные глаза, её тонкое изящное тело на тех шёлковых простынях, жадные руки, пытавшиеся охватить его всего, сбившееся горячее дыхание, сопящий в подушку маленький аккуратный нос. О нет, он не мог понять, где она, знал только – что жива, и что на юге. И раз не отзывается – то, очевидно, не хочет. Никакого телефонного номера у него тоже не было – например, её сестры, у которой тоже можно было бы что-то спросить.

Но… лето кончится, и она приедет. Потому что сказала – возьмет группу первокурсников на боевом факультете.

Осталось дождаться.

- Жан, вы так смотрите на этот дом напротив, с ним что-то не так?

Кирстен говорила по-франкийски хорошо, но – слишком правильно. Правда, она сразу же и сказала, что её разговорный язык нуждается в улучшении, и ей нужно много слушать живую речь и много разговаривать самой. Саважа это устраивало полностью – разговаривать это значит не думать о том, почему не отзывается Марион, и не крутить постоянно в голове ситуацию с Кусачкой.

Которого пока не нашли никакие враги, и это хорошо.

- Дом напротив, дорогая Кирстен, это Пале-Вьевилль. Он принадлежит ещё одному древнему магическому роду – собственно, Вьевиллям. Нынешний герцог Шарль-Валентин уже весьма стар, ему за восемьдесят. Он – генерал Магического Легиона в отставке, был командующим до моего отца, и немного после, а сейчас его сменил известный вам де Риньи.

- Вьевилли – тоже некроманты?

- Вовсе нет. Преимущественно боевики, но встречаются и другие стихии, и менталисты тоже.

Давным-давно рыцарь Сигизмунд де Вьевилль отправился в Святую Землю – ну, как все, это тогда почиталось приличным для рыцаря и было весьма популярно среди военной и магической знати. Он добрался туда, преклонил колена пред Гробом Господним, повоевал с неверными, и отправился обратно через остров Устика. И застрял там на несколько лет – потому что его службу приняли короли из дома Отвилей, а здесь его не ждал никто. Кроме множества вассалов, ясное дело, - усмехнулся Саваж. – Но срок службы истёк, и он вернулся в Паризию – с неплохими, как я понимаю, деньгами, полученными в качестве прощального подарка от короля Руджеро, и красавицей женой, из какого-то тамошнего знатного рода. По легенде, эта жена родилась одарённой воздушницей, и умела обращаться в ласточку. Так вот, на привезённые деньги рыцарь Сигизмунд купил участок земли в столице – вот этот самый, и начал возводить дворец.