Отложенный эффект

- Не нужно никого вызывать, я сама справлюсь, - прохрипела она.

- Марион, почему ты не обратилась к ним сразу же, как твоё состояние снова ухудшилось? Почему они обнадёжили тебя? Ты сказала, что здорова, и даже собиралась куда-то там на службу, и какая тебе сейчас служба? – спрашивала мама.

Очевидно, никакая, уныло думала Марион.

После того первого приступа их случилось ещё несколько. Пять, что ли. Как водится, все разные – то давление упало, то наоборот, подскочило, то головокружение, то безобразная  тошнота, не позволяющая съесть ни кусочка, ни даже выпить воды.

Но можно бояться хоть до потери пульса, а сдаваться в госпиталь придётся. Более того, подходил назначенный профессором Делезом срок консультации.

Однако, перед тем, как покинуть «Изумруд», следовало прояснить ещё один вопрос.

Бернара она изловила только после нескольких попыток – кажется, кто-то её избегает. Интересно, почему? Но из собственного кабинета не очень-то сбежишь, если ты не некромант, конечно, почему-то подумалось Марион.

- Добрый день, Марион, - он поднялся из-за стола ей навстречу, но нервно поглядывал на разложенные по столу бумаги.

- И тебе того же. Я уезжаю через час, уже насовсем. Зашла попрощаться.

- До свидания, Марион, - сказал он как-то слишком… быстро, что ли?

- Да, как-то так. Но напоследок я желаю знать – какую роль ты должен был сыграть в планах моей матери, и почему именно ты.

- Ты о чём? – хмурится, пытается выглядеть беспечным, но – боится, ощутимо боится.

- Бернар, я тоже немного менталист, а ещё служу в Легионе. Сам скажешь, или тебе помочь?

О нет, она не собиралась давить на него никакими особыми способами, но не могла не припугнуть. Просто… не смогла, и всё.

- Ну… когда госпожа Блуа сказала, что ты приедешь, и тебя нужно как-то заинтересовать нашей работой, я обещал ей попробовать это сделать. Мы же были хорошо знакомы, у меня был некий бонус, я так считал.

- Ты считал, что раз я до сих пор одна, то брошусь к тебе на шею, стоит только завидеть тебя, - покачала головой Марион. – А я почему-то не бросилась. А потом ещё и оказалась серьёзно больна. Так?

Он молчал, но она видела – так.