Отложенный эффект

- Очень… приятно, госпожа Блуа, - медленно произнесла матушка, не сводя с них глаз. – Прошу к столу.

- Садись, детка, - отец отодвинул для Марион стул рядом с собой.

Жан дождался, пока сядет Марион, и сел рядом. А матушка оглядела их, всех троих, и любезно поинтересовалась:

- А где Кирстен? С ней всё в порядке?

- Полагаю, что да, - пожал плечами Жан. – Если хочешь – можешь сама у неё узнать.

А отец в это время что-то спрашивал у Марион, вдруг она не слышала эти глупости? И хорошо бы. Марион отвечала отцу и качала головой.

Жан прислушался – что-то об общих знакомых по Легиону. Ну да, у них с отцом есть беспроигрышная тема для беседы.

Матушка распоряжалась подачей блюд, отец командовал разговором. Он редко брал на себя такую обязанность, обычно матушка справлялась, а он не возражал. Но тут он прямо встал в обороне намертво, и Жан был ему за то от души благодарен.

Марион ела, как птичка, но – ела, и отлично же. Немного супа-пюре. Кусочек отбивной, листик салата. Глоток воды, от вина отказалась наотрез.

Жан поглядывал с тревогой – всё ли хорошо? Не станет ли хуже? Нет, не стало.

Она улыбалась отцовским историям, и даже что-то комментировала – потому что речь шла об известных ей событиях. Матушка слушала всё это с каменным лицом – потому что терпеть не могла разговоры о службе за столом. Но – пришлось.

В принципе можно было поговорить ещё и об Академии, но это оставим на другой раз. Явно же Марион ещё придётся обедать за этим столом!

Но в финале матушка посмотрела на Жана совершенно недвусмысленно.

Пришлось позволить отцу увести Марион и глянуть на матушку вопросительно.

- Откуда взялась эта… госпожа Блуа? Кто она? – матушка, кажется, готова пыхать огнём.

Нет, не огнём, воздушница всё же. Сдувать крыши с домов и валить деревья на улице.

- Мы познакомились на конференции полтора месяца назад, - сообщил Жан самым светским тоном. – Она – выпускница Академии, служит в Легионе. Готовит диссертацию. Да я вроде бы уже всё это говорил.

Потому что говорить, что Марион – свет его жизни, матушке не следует ни в коем случае.

- Почему она выглядит, как… как будто тяжело больна? На ней же вся одежда болтается! И в еде ковыряется, будто мы ей отраву подсунули!

- Она и в самом деле не в лучшей форме. Мы ждём ребёнка, ясно тебе? – Жан сделал большие глаза.

- Что? – матушка села на стул, с которого как раз перед тем поднялась.

- Ты хотела стать бабушкой? Скоро станешь. В обозримом будущем. Можно радоваться, но не слишком громко.

- Нет, невозможно.