Отменяя запреты

Крепкая шея, квадратный подбородок с проступившей дневной щетиной. Полные губы. Нос с горбинкой.

И глаза. Стальные. Холодные. Смотрящие на неё с недоверием.

– Лика…Какого черта ты тут делаешь? Среди поля? Одна.

Лика почувствовала, как дыхание выравнивается, как грудь не разрывает от невыносимости бытия, как почва не уходит из-под ног.

Лишь его руки на плечах мешали почувствовать себя свободной…

Лика вздохнула. Всё хорошо. Он не набросился на неё. Не сломал шею. Ничего не сделал плохого.

– У меня заглох тайл.

– Почему не вызвала патрульных?

Он задавал вопросы четко, жестко.

По-военному. Разговаривал с ней, как с подчиненной.

И это было даже к лучшему.

Вот так – словно они чужие. Словно между ними ничего и не было.

У Лики даже отлегло от души.

Какая же она дура… Неужели все шесть лет бежала от того, чего не было?

Но в глаза ему смотреть отказывалась.

– Я задержалась с оплатой страховки.

Ей скрывать было нечего. Не она первая, не она последняя.

Георгий приглушенно выругался.

– Посмотри на меня, Лика.

А вот это уже плохо.

Не хотела она ему смотреть в глаза.

Пустырь и большой разгневанный мужчина – не лучшее сочетание.

Лика подняла голову и едва не задохнулась от обрушившихся на неё эмоций.

Нет, на лице Георгия по-прежнему не дрогнул ни один мускул. Он смотрел на неё, сведя брови на переносице. Поджал губы.

Он изменился, что неудивительно. Возмужал, посуровел. Лицо загорелое, Георгий и так был смуглым, сейчас же казался и вовсе уроженцем дальних земель.

От него веяло силой.

И властью. Они обрушились на Лику, грозя снова придавить её к земле. Но паника уже отступила, и Лика реагировала на происходящее более спокойно. Она, как большинство одиноких женщин в мире мужчин, накрутила себя – и вот результат.

Снова прямой вопрос.

Ей нечего было скрывать. Её испуг был очевиден.

Глаза цвета стали опасно заблестели и сузились.

– Ты же узнала меня. Пошла к кораблю за помощью, но увидела, кто вышел к тебе, и побежала.

Его интонация изменилась. Каждое слово было подобно камню.

Тяжелое. Сознательно брошенное в неё.

Лике хотелось, чтобы он отпустил её, перестал удерживать. Его широкие большие ладони даже через ткань платья жгли кожу, оставляя несмываемые отметины.

– Я испугалась, Георгий, – снова повторила она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно нейтральнее. – Сработал инстинкт самозащиты. Увидела тебя, вспомнила и не смогла справиться с паникой. Извини.

Всё. Она пришла в себя.

Что-то, видимо, Лика сказала не то или не так.