А где родители? — Я улыбнулась. Все-таки зайти к своим было хорошей идеей.
— Они в театре, — сообщила служанка. — Матушка ваша предупредила, что вернутся за полночь.
— В театре, — повторила я, чувствуя, что расстроилась. При прислуге пришлось удержать лицо. — Хорошо… Передайте это им к чаю. — Протянула коробку с шоколадом..
Ждать родных я не осталась. Захватила милые девичьему сердцу вещи и вернулась в свой обновленный дом."
"Было уже поздно, но судя по светящимся окнам, соседи не спали. Я заглянула к ним, чтобы отдать коробочку шоколада.
В ответ меня усадили пить чай, пристали с расспросами о магах… И как-то так вышло, что проговорили мы до самой ночи. Конечно же, я не стала в подробностях касаться отношений с Редом и вообще ни к чему чужим такое знание. Меня никто и не спрашивал. Однако я была уверена, что сплетни о расторжении нашей помолвки достигли и этого не самого тихого уголка.
Перед сном вспомнила о шкатулке, достала её. Неожиданное письмо от Светоэль было наполнено жизнью, от Редманда приглашением на совместный обед.
А что касается Мэтиласа… Он тоже что-то прислал, но пока я решила его не читать. Настроение не то. Сначала ответила эльфийке, затем Верховному…
И вот зачем я не отложила ответ до утра?
«Ты почему не спишь в такое время? — тут же последовал незамедлительный вопрос. — Алесса, уже поздно, где ты была? У тебя проблемы?»
Сон как рукой сняло. Я подскочила, готовая написать, что не его дело. Я девушка свободная. Однако последняя фраза успокоила. Пришлось признаться: «Пила чай с соседкой».
«Привет Марте и ее семейству» — прилетело от Реда и я рассмеялась. Бабник, не пекарям, а именно соседке. Она подходила к нам, когда лорд устанавливал защиту.
Довольная, я уже почти уснула, как неожиданно шкатулка снова сработала. Я надеялась, что это сообщение от вернувшихся из театра родных, но ошиблась. Однако короткая фраза взволновала не меньше, чем отсутствие весточки от своих.
«Спокойного сна, любимая».
Это было очень мило, но я даже не прослезилась.
Наоборот, нахохлилась, а после прыснула от смеха. Все потому, что внизу ровных строк Ред нарисовал кактус с бантом, под которым изобразил знакомую монограмму.
Уже засыпая я подумала, что сама не поняла, как влюбилась в Редманда. Это бесповоротно и дело тут вовсе не в подарках и внимании. Никакого сожаления по этому поводу я не испытывала. Какая разница, с чего все это началось, если за последние дни Вестон открылся совсем с другой стороны.
Глава 32.
