Отмороженный 10.0

— Настолько глубоко, что фоггеры до сих пор не вскрыли наши основные силы. Думают, мы им просто разведчика-шпиона засылаем.

— Нет, но, с другой стороны, мы-то еще живы, а пауки нет, — Самсон одновременно развел руки и пожал плечами, став похожим на мем из моей прошлой жизни. — Короче, надо бы слетать, посмотреть. Там по-любому в воздухе что-то, иначе Тень бы засекла. А это по твоему профилю.

— Я так-то не истребитель, — я посмотрел на карту, где были отмечены места подрыва «пауков». Три километра до ворот шахты, «Штормы» галопом не проскочат.

— Я тем более, — Самсон похлопал меня по плечу. — Зато у меня есть уже подписанный договор на аренду трех Дженериков. Осталось туда только срок вписать и количество комплектов снаряжения, которые к ним бонусом пойдут. Ну и Гана, Тень и Вируса рассчитать.

— Ну зачем так? — голос Самсона прозвучал обиженно. — Мотивирую!

— Может, и фуры не надо возвращать? Как думаешь, мотиватор?

— Считай, забыли уже, спишем на невозвратные потери. Ты, главное, проход нам открой, чтобы у нас здесь таких потерь не было.

— Не обещаю, но попробую. Будьте на связи.

Я попрощался с Самсоном и вернулся к орнитоптеру. Оглядел свое воздушное судно, оснащенное лишь лебедкой и самодельными бойницами на окнах. Надо будет подумать, как боевую мощь увеличить. Хоть бомбоотсек какой прикрутить. А пока придется брать маневренностью и удачей.

Резкий порыв ветра ударил в броню. Ледяная крошка полетела по земле, собираясь в витиеватые клубни. Черт, еще и погодка начинала шептать. Быстро сверился с «прогнозом» на карте.

Следующий порыв ветра заставил меня побыстрее заскочить в «птичку» и усесться в кресло. Проверил все системы, активировал максимальную маскировку и «завел» орнитоптер. Вздрогнули, а через пару секунд меня уже подхватил новый порыв ветра и отнес на сотню метров.

Я поднялся выше, встроился в поток и по широкой дуге, начал приближаться к шахте. Немного пролетел над плотной массой местного «моря», а потом свернул к горной гряде.

А когда я вынырнул над пеленой, чуть дыхание не перехватило от открывшегося вида на Четвертый Полюс. Мерзлотой ее язык не повернулся назвать. Бескрайний горизонт, заснеженные пики, белые, словно пучки сахарной ваты, облака. На несколько минут даже забыл, ради чего я тут летаю.

Но безмятежность здесь была не просто обманчива, а убийственно обманчива.