Отмороженный 12.0

А я снова прилип к карте: «Мастерские № 1–4», «Зал ЧПУ» (чтобы это не значило), «Электрокарантин» (тем более), «Лаборатории № 1–7», «Комната испытаний», «Склады № 1 — 5».

Сигнал Руперта шел со стороны комнаты для испытаний и практически совпадал с моим местоположением. Если, конечно, можно было верить масштабу и той херни из оргенума, которая, похоже, как опухоль покрывала мозги Руперта. Я нашел лестницу, быстро пролетев по ступенькам, и уперся в двойную стальную дверь.

— Искорка, открывай!

— До трех досчитай и открывай…

Я осмотрелся, заметив вентиляционное отверстие под потолком.

Вскарабкался, сбил замок решетки и забрался внутрь. Активировал крафткомпакт и прикрыл дверку. Как раз прошло ровно три секунды, и, вздрогнув, двери поползли в разные стороны. Послышался цокот, и через порог переступил спот, похожий на приплюснутого богомола. Шесть лап, две из которых торчали впереди в виде двух заточенных серпов. Компактное плоское брюшко, с вмонтированным в него черным боксом, очень похожим на аудиоколонку.

Осторожно, будто это реальное насекомое, спот потоптался лапами на пороге, а потом резко проскочил сразу несколько метров. Остановился возле лестницы и, переступая лапами, развернулся на месте.

Морды у него не было, камеры и датчики располагались по кромке тела — они вспыхнули неоновым зеленым светом и начали мигать. И тут включилась колонка, вместе с мерцанием выдав какую-то чудовищную цветомузыку.

Колонка начала вибрировать, а у меня аж слезы из глаз брызнули. Система явно растерялась — по другому я это назвать не мог.

Экран двоился, повсюду поползли красно-зеленые полосы, которые начали плющить и размазывать все дополнительные индикаторы. Иконки навыков, стандартные показатели окружающей среды, сетку горизонта — все поплыло.

Я слышал топот подо мной, но даже прицелиться нормально не мог. Экран системы колбасило так, словно у меня действительно по глазам вода течет. Только и смог разглядеть три фоггерских силуэта с круглыми шлемами — те самые головастики, которые десантировались с «корвета».

Глубоко вздохнув в кресле, попытался принять, а потом и пропустить через себя противный звук. Очень отдаленно напоминало оперную арию из фильма «Пятый элемент», только в случае, когда ее поет не Дива, а какая-то прокуренная и пропитая нейросеть.

— Искорка, вырубай все датчики, — прохрипел я, массируя виски. — Главную камеру только оставь.

Что-то произошло. Очень неприятное ощущение, будто я разом ослеп и оглох, а мое тело потеряло чувствительность.