Отмороженный 14.0

В последний момент даже попытался уйти в сторону, но я активировал «рывок», входя в лобовое столкновение. Все, что успел дозарядить, сразу же слилось, а все остальное я распределил на силовой щит, усилив его спереди. И сжав зубы, воткнулся в шипастого мутанта.

Из меня даже через синхронизацию разом вылетел весь воздух. Я захрипел, пытаясь сделать вдох, но только еще больше все заскрипело и засвистело, будто в моих легких с десяток пробоин. Те самые, что оставили шипы и что сейчас травят весь воздух, который я пытаюсь вздохнуть.

Не факт, что я даже прошептал, возможно, лишь пожамкал пересохшими губами, но Татьяна меня прекрасно услышала. Мы уже находились в едином энергетическом клубке, миксующий чувства друг друга. Я почувствовал ледяное жжение в висках и онемевшую от холода руку. Страшно представить, что она там сейчас чувствует.

— Не дает, — напряженно прошептала Татьяна. — Сопротивляется… Не… вытягиваю… Алекс, помоги…

— Ща, — процедил я сквозь сжатые зубы.

И ударил! Без какой-то точной наводки, в принципе не понимая, куда бью.

В голове пыталась сформироваться какая-то визуализация из энергетических линий крионика. С центром на уровне лба, похожим на скомканную звездную галактику. Там что-то сверкало и вспыхивало, будто я из очень дальнего далека наблюдаю за звездными войнами. Типа Звезда Смерти отбивается от десятков повстанческих штурмовиков, которые направляла Татьяна. Точечно и с явным пониманием дела: отвлекающие маневры, обходные, перегрузка обороны на этом участке, потом на другом.

Но Лэйн держался, еще и успевал контратаковать, сбивая Татьяниных повстанцев.

Я тоже сбил парочку, оказавшихся у меня на пути. Сорян, но тут уже было не до ювелирной техники, да и, честно говоря, я бы так и не смог. Выверить, прицелится, считая себя энергетическим снайпером. Нет, сейчас я был просто энергетической кувалдой. Выгреб все, до чего смог дотянуться и направил в крионика. Еще и лбом ударил ему в забрало с такой дури, что кость треснула, а Оридж, кажется, получил вмятину.

В голове будто что-то взорвалось.

Яркая вспышка и несколько секунд слепящей темноты, за которые я только слышал напряженное дыхание Татьяны. Сам я, кажется, дышать перестал. По той сосредоточенности, которая буквально витала в операторской, решил, что любой шум, любое движение может сбить работу ювелира. Ща дыхну под руку, и Лэйн сбежит. Или ударит исподтишка, что будет еще хуже.

— Алекс, как? Уснул? — послышался очень слабый голос Татьяны, и я почувствовал, что контакта больше нет.