Отмороженный 6.0

Под ногой бойца тихонько захрустел какой-то упавший гаджет.

Вместе с этим звуком двинулся и я. Подхватил чашку, реально еще теплую, и сместился чуть в сторону, прикрывая Рэйчел. Навесом, не превышая высоту столов, метнул чашку в угол, и когда оба луча синхронно повернулись в ту сторону, открыл огонь. Срезал ближайшего, и впустую расколотил стеклянную дверь. Не остановился на этом и начал методично дырявить стены, ведя скаутганом вдоль предполагаемого коридора. Услышал, как кто-то екнул, а потом рухнул на пол.

— Ты цела? — спросил я девушку. Видел, что ее тело сотрясала мелкая дрожь. Мягко, чтобы не навредить, приобнял Рэйчел за плечи — попытался успокоить. Зверек, который во время перестрелки спрыгнул девушке под ноги, рыкнул на меня и снова забрался на ее плечо. — Надо идти.

— Я в порядке, — Рэйчел по новой пыталась взять себя в руки, но при этом я видел застывший в ее глазах ужас при виде мертвого тела.

— Давай, студентка-техник, соберись, — не особо я ей поверил.

Потянул ее за рукав, все еще на полусогнутых провел вдоль стволов, а когда выпрямился, уперся в дуло глушителя. Третий, черт! Дверь же скрипнула до того, как фонари светить начали.

Такой же боец, как и предыдущие, только оптика ПНВ задрана наверх шлема. Мужчина молча сделал несколько шагов назад, все время держа меня на прицеле и стараясь, чтобы между нами оказался стол.

Не дотянусь. Слишком далеко, чтобы рвануть и не словить очередь, и слишком близко, чтобы одурачить его двойником.

Рискнуть я не успел, уже через секунду в помещение через оба входа втянулись люди в черном. Суммарно — шестеро, засветивших меня со всех сторон, словно я в центре стадиона.

Я услышал все две коротких реплики, что объект найден и что будет проверка привязки. Все это время меня с прицела не снимали, лишь дернули стволом, чтобы я поднял руки. Как только я это сделал, меня опять же жестами оттеснили к стене, а сразу два бойца подошли к Рэйчел.

Девушка закричала или это была Белочка — крик получился каким-то уж совсем животным.

Успел зверек. Распахнул свои огромные глаза с черными зрачками и издал дикий крик, сравнимый, наверное, с тем, который я слышал, когда вытравливал с «Тридцать седьмой» метаморфа.

Только здесь была другая частота, судя по всему, невыносимая для человеческого слуха.