Отмороженный 8.0 (СИ)

Только в обратной связке — оставил его на своем месте, а сам рванул с другой стороны. И сразу же повторил маневр с двойником — предыдущий еще таял, растворяя голограмму в воздухе, а новый уже замахивался.

Еще трижды так делал, пытаясь раздербанить фоггера. Чувство было, что я в наперстки играю, а он угадывает, где я настоящий.

Но настоящий был там, где было больно. Фоггеру. Сначала укол под локоть, в гибкое сочленение брони. Потом хук слева, пойманная и вывернутая рука и прямой промеж глаз. Я уже давно убрал меч, вернувшись к короткому клинку.

При таком контакте даже размахнуться не получалось.

Плотный контакт. В очередной раз, подловив фоггера на двойнике, я буквально повис на его спине, раз за разом пытаясь пробить его бронированную «капюшон». Широкое уплотнение, в котором затылок сразу переходил в спину. Скрипел зубами, но бил и бил, молясь только о том, чтобы энергии хватило. Фоггер пытался меня скинуть, подрезал броню на бедрах, а потом вогнал мне керамбиты под ребра.

Картинка перед глазами была уже даже не красной, а практически черной, с багровыми переливами.

Только вспышки системных сообщений еще хоть как-то говорили о том, что Оридж еще борется. Регенерация не справлялась, запасы встроенных ремкомплектов словно чибзик сточил за полсекунды, а разгрузка слишком плотно вжалась в спину «Питона».

Но я продолжал бить. Уже, кажется, используя свои внутренние силы, а не энергию Ориджа. И, наконец, додавил. Двойным рывком, прожал-таки броню и дернул в сторону, разрывая капюшон.

И тут же выпустил «рой» в открытую рану.

Теперь фоггера выгнуло дугой, словно ему кипятка за шиворот налили. Внутри у него что-то заискрило, загривок начал дымиться, распуская вокруг горький запах паленой пластмассы. А потом он рухнул на спину, придавив меня к земле.

Первый раз пожалел, что через Ориджа не чувствую местный холод. Сейчас бы в ванну со льдом или хотя бы к затылку приложить что-нибудь холодное.

Сил сбросить мертвого фоггера уже не было. Я лишь раскинул руки и повернул голову набок.

И уставился прямо в открытую пасть ползущей на меня змеи. Криво ползла, оба краба облепили шею, но даже вдвоем не могли ее придушить. Бедолаги — у одного двух лап не хватало, а у второго глубокая трещина шла через всю спину.

Из последних сил активировал скаутган и прицелился в змеиную морду. Собрался уже потянуть спусковой крючок, как что-то рухнуло с неба. Со скоростью кометы шмякнулось на голову змеи, захлопнуло раскрытую пасть и впечатало все в лед.