Отмороженный 7.0 (СИ)

— О, два пищевых маньяка в деле? — выдала она вместо приветствия, недоверчиво переводя взгляд с моей тарелки на чибзика, потом на меня и обратно.

— И тебе доброе утро, — ответил я.

— Домашний монстр завтракал?

— А ты как думаешь?

— Если что, я не про тебя, — усмехнулась Эбби и согнала со своего стула чибзика. — Ну ты как? Готов?

Я пожал плечами. Никогда не думал о предстоящих операциях в таком ключе. Просто шел и делал.

— Удачи тебе сегодня. Обещаю, что буду подкармливать и своевременно снабжать молекуляркой, — заявила Эбби.

— Идет, я тебя за язык не тянул, — улыбнулся я и посмотрел на часы. — И Кузю ко мне не пускай.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на страже!

В АДском секторе рассвет еще даже и не думал наступать. Ну или он уже наступил, просто этого было не видно. Плюс ко всему, небо затянули черные тучи. Сверху сплошной стеной валила мелкая, ледяная крошка.

Яркие лучи прожекторов пробивались сквозь метель и туман, выхватывая желтыми кругами бледные объекты.

На длинном витке, скользящим прямо перед моим укрытием, луч высветил тощего стригуна. Возможно, по мою душу крался, а, может, просто заплутал, отбившись от стада. Животное замерло, словно его застукали на месте преступления.

Я услышал тихий, жужжащий выстрел, прорезавший воздух. А через секунду на землю плюхнулось разорванное пополам тело монстра. Плазмой жахнули, так что только рожки да ножки.

Прожектор еще немного посветил на место бойни, пошел вверх забираясь ближе ко мне. Дошел до середины склона, зацепив край камня, за которым я лежал. Но резко дернулся, вильнув обратно к останкам стригуна. Головы уже не было, только кровавый след, уходящий в темноту. Подсветка дальше не пошла, вернувшись обратно на дорогу, сделала круг по новому маршруту.

Я постарался вычленить какую-то закономерность, но либо управляли вручную, либо алгоритм не был совсем уж наивным.

Внутренний канал связи ожил, и я услышал голос Сандерса.

— Белов, прием! Ты на позиции?

— Прием! Да, я на месте.

— Что видишь?

Мы обменялись картинками местности. Видели, мы, правда, немного. Разве что лучи прожекторов и ворота города с чернеющими над ними охранными вышками.

— Время пять утра. Ровно.