Отморозок 2

Сможете стать новым Казанниковым или Беляевым, если постараетесь.

— Ну, ну. Ты тут еще позубоскаль мне! — вызверился на меня опер.

— Что тут у вас, Саша? Чего ты кричишь?

Слышу я знакомый голос и, обернувшись, вижу своего частого партнера по схваткам на стадионе Динамо Жору Гонгадзе в милицейской форме, который как раз зашел в комнату, где меня допрашивали.

— Юрка, ты здесь какими судьбами? — увидев меня, поднял брови Жора.

— Да вот у меня друга ножом в драке пырнули, а теперь меня обвиняют, что это сделал я.

— отвечаю ему, бросив укоризненный взгляд на опера.

— Ну, никто тебя пока ни в чем не обвиняет, — возражает мне опер — просто я задал тебе вопрос и хотел получить на него ответ.

— Что там у вас произошло, Юра? — Гонгадзе требовательно смотрит на меня.

Я уже в который раз за сегодня пересказываю наскоро выдуманную мной историю, и сам вижу, сколько в ней дыр. Гонгадзе качает головой и просит опера.

— Саша, выйди, пожалуйста, на пять минут, мне тут с Юрой потолковать нужно.

Опер недовольно хмыкнул, но все же вышел из кабинета. Гонгадзе подошел ко мне, поставил себе стул напротив и сел.

— Юра, ты мне доверяешь? — спокойно спросил он.

Я молча кивнул головой.

— Тогда расскажи мне, как действительно было дело, а я постараюсь тебе помочь.

— Жор, я тебе расскажу, но нигде и никому больше я этого не подтвержу. Я по любому не бил ножом своего товарища, и когда вы его опросите, это станет ясно. Так что, повесить на меня это дело по любому не получится.

Гонгадзе смотрит на меня своими черными глазами и скептически хмыкает.

— Никто ни на кого ничего вешать не собирается. Давай рассказывай, партизан хренов.

Я кратко, без упоминания личностей и излишних подробностей, ввел его в курс дела. Жора, по ходу моего рассказа, только хмыкал и восклицал.

Потом, когда я закончил, он только покачал головой.

— Юрка, какой же ты дурак! Ну нахрена тебе это было нужно? Вас же просто там всех поубивать могли. Это хорошо, что только у одного придурка был нож.

А если бы у нескольких? Про заводских давно дурная слава идет, там что ни день, то групповая драка или поножовщина. У них в поселке много отсидевших, и там соответствующая атмосфера. Молодежь тоже с криминальным душком, даже те, кто спортом занимается.

— Жор, да понимаю я. Но другого выхода не было. Они бы начали меня вылавливать одного толпой, и думаешь, лучше бы было? Наши пацаны за меня подписались, и мы дали им все вместе отпор.