Сам же, засунув за пояс пистолет патроном в стволе и прихватив с собой удобную фомку, захваченную из гаража Быни, спрятался в густых кустах сирени, которые росли буквально метрах в трех от стоящей у обочины машины. Из этого места мне хорошо было видно дорогу в обе стороны, а меня самого разглядеть с дороги было бы очень проблематично.
Мне пришлось посидеть в кустах по ощущениям минут тридцать, когда я увидел приближающиеся издалека фары. По времени, это как раз должны были быть ребятки Абрамыча, но чем черт не шутит, это могла быть и просто проезжающая мимо залетная легковушка.
В ожидании скорой развязки, я сидел тихо, не шевелясь, но внутри был весь натянут как струна. Ощущения были совсем как перед выходом на финальный поединок или перед броском через простреливаемое пространство при зачистке городских кварталов. Это был не страх, а скорее какое-то предвкушение скорых активных действий, когда все будет висеть буквально на ниточке и зависеть только от меня."
"Подъехавший вскоре автомобиль остановился рядом с «семеркой» Абрамыча, осветив фарами ее заднюю часть.
Это была уже знакомая мне белая «шестерка». Та самая, что стояла вчера вечером у меня во дворе, и именно из нее в меня стреляли. Значит и люди в ней должны быть те же самые. Заднее стекло «семерки» было закрыто бархатной синей шторкой, поэтому подъехавшим не было видно, кто находится в машине. Они некоторое время постояли, поморгав фарами. Никакого эффекта. Тогда одновременно из обеих передних дверей «шестерки» вышли два парня.
Один из них, тот, что вышел с пассажирского сидения, был с обрезом двустволки, со стволами направленными вниз. Я его сразу узнал. Это был тот самый тип, которому я прострелил ногу, когда нас с Тимой пытались ограбить после моего боя с Ледоколом, у него тогда тоже в руках был обрез. Наверное, это и есть тот самый Миша, и это именно он стрелял в меня вчера. И где они только берут эти обрезы, штампуют что ли? Видать что-то в звонке Абрамыча его насторожило, недаром он прихватил с собой огнестрел.
— Чего он там валандается, уснул что ли? — недовольно буркнул Миша, поглаживая свой обрез.
— Может поссать отошел, — озираясь по сторонам, отозвался его напарник и не найдя никого, предложил. — Пойдем в машине глянем.
Парни подошли с разных сторон к машине Абрамыча и, предварительно заглянув внутрь, одновременно открыли обе передние двери, словно пытаясь убедиться, что внутри точно никого нет.
