Как же он по ней скучал! Целовал жадно и нежно одновременно, приноравливаясь к ее движениям и отвечая в такт, гладил спину, ягодицы, ласкал соски.
Соитие длилось недолго. Изголодавшиеся тела быстро пришли к разрядке, одновременно извергаясь соками. Есения упала мужчине на грудь и прикрыла глаза.
- Так хорошо…
- Ты - развратница, знаешь?
- Сам виноват. Испортил девочку.
- Ага, девочку, что станет дважды матерью. Но ты права и сегодня ты показала меня со стороны, - поцеловал в висок. – Я часто принуждал тебя.
- Не кори себя, мне нравилось. Просто я признаться даже себе не могла.
Их воркование прервал девичий голос и топот ног по коридору.
- Так, быстро слезай с меня, Вера проснулась, - дернулся Архип, спешно снимая с себя Есению.
Едва Есения перекатилась на свою сторону и прикрыла наготу, ворвалась в комнату ее дочь и провосгласила:
- Вы что еще спите? – подошла к кровати. – Сегодня же праздник весны!
- Нет, проснулись уже, - промямлил Тукаев. – Сейчас встанем.
- Вера, иди умывайся и включи чайник, так мы быстрее позавтракаем, - заметила мама.
Девочка обрадованно умчалась на кухню, напевая песенку.
- Не стыдно тебе, а, Сенька? – Архип посмеиваясь посмотрел на укутанную девушку."
"- А я свой стыд на соболей променяла одному сахаляру, - нагло выдала и, откинув одеяло, демонстративно встала голышом перед ним, прошлась по комнате, достав из комода семейные трусы, запульнула ими в Тукаева.
- А ты прикрой свой срам, рано еще Вере анатомию мужчин изучать, - и, хохотнув, убежала из спальни.
- Совсем распустилась женщина, - стал надевать трусы, ворча, но при этом чувствуя себя самым счастливым мужчиной.
***
Праздник оленевода приходился на конец марта и отмечался в день весеннего равноденствия по всему Ямалу и в Салехарде, где кочевники-тундровики собирались для общения, решения насущных вопросов и развлечения. Организаторы мероприятия устраивали ярмарки, спонсировали соревнования между оленеводами, где главному победителю дарился снегоход – незаменимый транспорт в тундре.
Погода стояла солнечная, безветренная. Морозы держались на уровне -8;-12 градусов, снег лежал плотным густым слоем – необходимое условие для забега оленьих упряжек. Есения стояла поодаль от шумной и азартной толпы болельщиков и участников соревнования, опираясь на сетку ограждения и наблюдала за борцами перетягивания каната, не выпуская из поля зрения Веру. Герман сопровождал девочку до детских саней, запряженных смирными оленями.
