От вида разлетающейся вдребезги оконной рамы Изя огорошенно вздохнул, закатил очи горе и простонал вслед таперу:
— Вольдемар! Ви таки можете развлекаться, как хочите, но таки знайте, шо счет за стекло я добавлю до вашего долга!
Откуда-то из-за окна послышался жалобный всхлип, сменившийся сдавленным блеяньем по-английски:
— Господин Коули! Я же просил, я просто умолял, в это окно стекло не ставить хотя бы до осени!
В ответ на причитания тапера распахнулось окошко кухни и возмущенный голос тети Розы, словно Глас Божий, прокатился по таверне.
— И шо ви себе думаете? Ви желаете играть на сквозняке, заболеть и помереть от простуды? Нет! Я не имею таких причин вам это позволять!"
"Выслушав все задействованные в конфликте стороны, Алексей развернулся к Изе, споро щелкающему громоздкими счетами.
— Ты там что-то про водку говорил? Предложение еще в силе или как?
Услыхав про спиртное, Коули заметно повеселел и с одухотворенным видом ринулся в сторону кухни. Некоторое время из-за полуприкрытой двери доносилось его неразборчивое бурчание, перекрываемое недовольным ворчанием тети Розы.
Видимо, какое-то соглашение все же было достигнуто, так как спустя некоторое время Изя бочком выполз в зал, настороженно косясь в сторону поварни. Выставив на стол запыленную бутылку с пожелтевшей этикеткой, он, на манер Наполеона I заложил руку за отворот кафтанчика и, видимо, дожидаясь всплеска восхищенных эмоций, уставился на Пелевина.
— Я это… — Полина, недовольно сморщив носик, ткнула в сторону бутылки, — пить не буду.
Мне, пожалуйста, вина или на худой конец морса. Если можно.
— А почему одна? — недоуменно приподнял бровь Пелевин, переводя взгляд с приятеля на бутыль и обратно. — Ты ж вроде про две заикался?
Коули в очередной раз покосился в сторону кухни. Не углядев непосредственной опасности, он вынул из-за отворота кафтана еще одну бутылку и с ловкостью престидижитатора сунул ее под стол. Избавившись от контрабандного груза, он разом повеселел и, высвистав слугу, наказал притащить такую груду провизии, словно собирался угостить не двух человек, а минимум взвод.
Следом за готтентотом, сновавшим между кухней и залом с неспешной уверенностью трансатлантического лайнера, подле хозяев как-то незаметно нарисовались Бирюш и Фея. Пес бухнулся на пол рядом со столом и преданно уставился на хозяйскую тарелку, терпеливо дожидаясь, когда же ему перепадет кусок-другой.
