И можете поверить, я буду хранить эти снимки тщательней, чем фото любимой супруги. Стоит вам вильнуть в сторону, эти дагерротипы станут достоянием широкой общественности. По крайней мере, то, что фотографии попадут к бурам, я вам га-ран-ти-рую. Но я полагаю, что вы человек разумный, и нам не придется, к обоюдному огорчению, доводить ситуацию до крайностей.
— А если я вдруг не соглашусь, — хмуро проворчал Арсенин, — то поездка все равно состоится. Вот только на виселице в Лоунсдейл-бридж будут болтаться на десять, а одиннадцать трупов…"
"— Отнюдь, — цинично усмехнулся Рочестер.
— Вешать в Лоунсдейл-бридж вас не будут, даже если вы откажетесь. Вас повесят здесь.
Капитан пригласительным жестом подозвал Арсенина к окну.
— Зачем тащить кого-то до виселицы три мили, если в нескольких ярдах от нас находится чудесное дерево, и на его ветках полно места? Я думаю, что нынешние его постояльцы не будут против хорошей компании, — британец уступил место перед окном Всеславу и указал пальцем на старый баобаб, на ветвях которого мерно покачивались трупы двух негров и одного европейца.
— Смердело, кстати, не от свинофермы, а от них, — напомнил выходку Арсенина британец. — Поэтому я и говорил, что это запах свободы. Вы его можете ощущать, а они — нет.
— И хотя ваши аргументы достаточно убедительны, можно сказать, убойны, — нервно сглотнул Всеслав, будучи не в силах оторвать взгляд от посиневших и разбухших лиц повешенных, — я все же должен всесторонне обдумать столь заманчивое предложение…
— Не имею ничего против, — одобрительно качнул головой англичанин.
— Решение, скажем так, не простое и требующее осмысления. Думайте сколько хотите… до шести часов завтрашнего утра. Поездка в Лоунсдейл-бридж намечена на восемь, и я должен знать заранее, стоит ли запрягать лошадей в повозку или же, обойдясь без лишнего насилия над животными, вздернуть вас здесь.
Арсенин, прикидывая, насколько велики шансы на побег, еще раз выглянул в окно и огорошенно вздохнул: буквально в пяти ярдах от домика начинались стройные ряды полевых шатров, среди которых мельтешила масса народа.
Отказавшись от мысли о немедленном бегстве, Всеслав развернулся к хозяину кабинета:
— Как я понимаю, вы сказали мне все, что хотели? Или у вас есть еще какие-то вопросы? Если нет, я не хотел бы и дальше отрывать вас от срочных дел. До завтрашнего утра.
— Вы правы, мистер… Смит, — утвердительно прикрыл глаза Рочестер. — На данный момент я сказал все, что хотел.
