Войдя в зал совета штаба, он подошёл к креслу генерала и, почтительно склонив голову, начал было свой доклад, но генерал перебил его, прошипев:
— Мы уже всё знаем. Совет штаба очень доволен твоими действиями, ксеноброн. Ты сделал всё, чего совет ожидал от тебя, и снова доказал свою состоятельность как капитан боевого судна и один из лучших командиров. Отдыхай. Надеюсь, ты не забыл, чего ждут от тебя в будущем?
— Нет, генерал. Верховный техножрец линкора уже поставил меня в известность о дальнейшей судьбе моего корабля.
И добавил, что отправится вместе с моим экипажем.
— Всё верно. Он отправится с тобой и будет следить, чтоб и ты, и твой экипаж не впали в боевую ярость, оказавшись в окружении мягкотелых. Мы все понимаем, что бойцам сложно удержаться от крови, когда рядом столько свежего мяса, но такой вариант развития событий разрушит планы верховного управляющего. А это недопустимо. Ты понимаешь меня?
— Да, генерал. Я всё понимаю.
— И ты готов отправиться в такой долгий поход?
— Готов, — коротко кивнул Альказ, сам не понимая, зачем ему всё это вообще нужно.
Свалившиеся ему на голову новости выбили Альказа из колеи, вдруг заставив задуматься над смыслом собственной жизни. Воюя на границах империи, он отлично понимал, что защищает свою звёздную систему. Свою родину. Но теперь, когда ему предстояло вести корабль за её пределы, в места, населённые людьми, ему вдруг стало страшно. Ведь люди, точно так же, как и он сам, будут защищать свою родину, свою систему от нападения ксеносов.
А значит, грядёт большая война, в которой он и ему подобные станут агрессорами. Теми, кто развяжет кровавую вакханалию и поставит под угрозу уничтожения одну из воюющих рас. И почему-то ему вдруг стало очевидно, что под этой самой угрозой окажется не их противник. Ведь достаточно вспомнить, как много людей проживает там, за границами их вселенной, и какое у них оружие. К тому же далеко не все люди слабы, несмотря на свою мягкотелость.
Это Альказ знал точно, столкнувшись с представителями человеческой расы в одном из своих походов.
Шрам на его теле стал тому вещественным доказательством. Тем временем генерал, закончив вещать о великой цели их похода, едва заметным движением когтистой конечности сделал знак, что приём окончен и Альказ может вернуться в отведённые ему покои. Почтительно склонив голову, ксеноброн покинул зал совета.
Шагая гулкими коридорами орбитальной крепости, он снова погрузился в прерванные размышления.
