— Приятно видеть знакомую дорогу и обжитые места?
— На нашей планете понятие дорог не более чем условность. Здесь все ездят, помня одно простое правило, что кратчайшее расстояние между двумя точками — это прямая. Конечно, если там нет непреодолимых препятствий в виде леса или скал. Я тебе потом карту распечатаю, чтобы знал, где посёлки расположены, а то заблудишься в одиночку. А по поводу обжитых мест, так тут всё ещё проще. Я так давно живу отшельником, что они начали пугать меня.
— Шутишь? — растерялся Влад.
— Я серьёзен, как сердечный приступ. Меня и вправду пугают большие поселения. Как это ни смешно, но я в них теряюсь, — смущённо признался Мишель.
— А как же годы обучения на самых густонаселённых планетах Лиги?
— Вспомнил. Когда это было. И если быть до конца откровенным, мне и тогда не по себе было. Что поделать, если я привык к бескрайним просторам и редкому появлению соседей? Знаешь, в кампусе, ещё во времена студенчества, я вдруг понял, что задыхаюсь от тесноты и шума.
Дело чуть до нервной астмы не дошло.
— И как же ты от этого избавился?
— Регулярно напоминал себе, что однажды вернусь сюда.
— Тяжело было?
— Очень.
— Хороший совет, но, боюсь, мне он не поможет, — вздохнул Влад.
— Ты опять за своё? Сколько раз тебе повторять, что ничего ещё не кончилось, а наоборот, всё только начинается. Твой выход в отставку — это начало нового этапа жизни. А самое главное, что теперь ты принадлежишь сам себе. Только себе и никому больше.
Запомни. Ты перестал быть простым винтиком в огромной государственной машине и стал человеком, личностью.
— А разве раньше я не был личностью? — с интересом спросил Влад.
— Был. Но одновременно с этим ты был частью машины. Ты не жил. Ты служил, исполнял приказы. А теперь вся твоя жизнь принадлежит тебе, и можешь делать только то, что захочешь сам.
— Знать бы ещё, чего именно я хочу, — растерянно улыбнулся Влад.
— Ты говорил, что всегда мечтал иметь семью. Так в чём проблема? Вроде вы с Линой хорошо поладили.
Или она тебе не нравится?
— Ты за кого меня принимаешь? Не с моей рожей в Казановы записываться. Да и не в моём возрасте.
— Кому бы говорить про возраст, мальчишка, — фыркнул Мишель.
— Вот, кстати. А Лина твою микстуру тоже пробовала?
— Это врачебная тайна, но, учитывая обстоятельства, скажу. Да, она её пробовала.
— И сколько же ей лет? — осторожно поинтересовался Влад.
— Не поверишь, всего лишь сорок.
