Зачем? Что вдруг случилось такого, что вы решились на подобное преступление? В чём вдруг я перешёл вам дорогу так сильно, что вы решились на подобную глупость?
— Скажу только, что меня об этом очень убедительно попросили. Нужно было любым путём отвлечь все службы империи от одного дела.
— И что же это за дело? Ну же, Ливанов, так хорошо начали, чего ж теперь-то скрывать? Расскажите всё, а я подумаю, как вам выбраться из этой передряги с наименьшими потерями.
— Обещаете? — спросил банкир с явной надеждой в голосе.
Известие о том, что исполнители арестованы и начали говорить, выбило его из колеи.
— Скажем так, если расскажете мне всё и согласитесь сотрудничать дальше, мы найдём подходящий для нас обоих выход, — решительно ответил Кудасов.
— И вы даже готовы доказать, что стрелки начали говорить?
— Не сходя с этого места, — усмехнулся граф, нажимая несколько клавиш на своём коммуникаторе.
Развернув его экраном к арестованному, он прокрутил несколько минут записи и, выключив прибор, спросил:
— Удовлетворены? Надеюсь, больше условий не будет?
— Верю, — мрачно кивнул банкир.
— А что от меня потребуется потом?
— А там видно будет. Жизнь, она многоугольная, кто знает, за каким углом надобность возникнет? — философски усмехнулся Кудасов.
— Хорошо. Слушайте, — понуро кивнул банкир, начиная говорить.
Десятиминутный монолог арестованного граф выслушал молча, ни разу не перебив. Наконец, когда Ливанов замолчал, он удивлённо покрутил головой и, растерянно усмехнувшись, проворчал:
— Вот вам и полное подтверждение тому, что я совсем недавно сказал про углы нашей жизни.
Кто бы мог подумать, что события на забытой богом планете будут иметь такие далекоидущие последствия?
— О чём это вы? — насторожился банкир.
— О том, что корпорация попыталась спастись, заставив вас подставиться под удар. Похоже, пришло время объявить общую тревогу и решить все вопросы одним ударом. Это ваше «Созидание» давно уже путается у нас под ногами. Пришло время показать им, кто в доме хозяин.
Заодно проверим, кто там чем дышит. И не могу не сказать, что у меня давно уже свербит в одном месте, ответственном за нюх. Уверен, что ниточки от этой корпорации потянутся очень далеко, — хищно усмехнулся Кудасов, поднимаясь из-за стола и вызывая конвой.
— Отведите нашего гостя в камеру. Отдельную. Обеспечить всем, что попросит, кроме связи. Это для вашей же безопасности. Пусть ваши приятели поволнуются и поломают головы, решая, куда вы вдруг подевались.
